Фотографии озера Хубсугул

Страна неспешного времени. Поездка в Монголию на оз. Хубсугул на Nissan X-Trail.

Автор: Алексей Путилов (aleks144)
Опубликовано: 21.09.2012
Ключевые слова:

Это была старая мечта, которая увлекла меня ещё в далеком 2007 году. И вот, спустя 5 лет, я собрался в это притягательное место. Что манило меня – не знаю, может красивая природа нетронутая человеком, может отсутствие большого количества туристов и незначительное количество местного населения, может рыбалка – не знаю, вероятно, все в совокупности.

Карта дороги Иркутск – Кырен
– Монды – Ханх

И вот мечта сбылась – 04.07.2012 в 6:40 два человека: я и моя супруга на автомобиле Nissan X-Trail в 30-том кузове отправились из Иркутска в Монголию на озеро Хубсугул.

Цель была добраться до единственного на севере озера населенного пункта – деревня Ханх, и оттуда отправиться южнее, по дороге в сторону деревни Хатгал, на удаление 50-60 км. Предварительно было выбрано место для стоянки в устье реки Ноён-Гол.

Необходимо заранее отметить, что каких-то специальных подготовок автомобиль не проходил, за исключением того, что была поставлена защита двигателя (металл 2,5 мм) и были обработаны все контакты и предохранители в двигателе спец.средством (NANOPROTECH Auto Electric) – для прохождения бродов. В Ханхе нет 92 бензина, и ближайшая АЗС находиться в Мондах, а цена на бензин там высокая, на счет качества топлива не знаю. В связи с этим в Иркутске был сделан дополнительный запас бензина в размере 20 литров (на всякий случай).

К 9:00 часам мы добрались до центра Тункинской долины – Кырена, где заправили полный бак на АЗС Иркутскнефтепродукта и немного перекусили. К этому времени начинается дождь. Дорога до Монд достаточно хорошая, на ней ведутся работы по ремонту трассы, на одном таком ремонтном участке нам на перерез выскочил маленький черный соболек, к сожалению, фотоаппарат был далеко. Не доезжая около 10-15 км. до Монд, дорога начинает подниматься вверх, она проходит вдоль русла Иркута. Горный Иркут очень живописен, но идет дождь, мы спешим – и поэтому фоток не много.

Практически у самых Монд видим ледник прямо у Иркута, знающие люди говорят, что он не тает даже летом. После Монд, минуя отворот на Орлик, уходим прямо на перевал к границе, до которой около 5-10 км. Дорога от Монд очень плохая и напоминает американские горки.

10:40 мы на границе. Прохождение российского КПП происходит 40 минут, смотрят визы, загранки, тех.паспорт на авто и досматривают сам автомобиль, проверяют все ниши, а вещи особо не смотрят. Выпускают на нейтральную территорию, ждем. Заезжаем на монгольский КПП, заполняем пару бумажек, платим 50 руб. за дезинфекцию авто, беглый осмотр нашего авто монгольским пограничником, и граница пройдена, время 12:10.

Здравствуй Монголия! Проехав всего 1,5 км от КПП видим летящего черного лебедя! Через 3-5 км пропадает связь БВК, и международная симка тоже, к сожалению, не ловит.

На лугах Монголии пасется очень много скота – и обычные коровы, и Монгольские яки (которых большинство).

Через некоторое время мы останавливаемся у шлагбаума для оплаты по 100 руб. с человека за въезд в национальный парк, нам выдают красивые билетики.

Дорога до Ханха заняла 30 мин. или 22 км достаточно хорошей гравийной дороги.

Въезжаем в Ханх: обычная деревня с сельскими магазинами и обычными домиками. Находим кафе, которое расположено справа перед спуском в нижнюю часть деревни, здесь и продуктовый магазин, и сувениры, и очень красивый вид на Хубсугул.

Запасаемся Монгольской водкой и пивом, в продаже еще есть и корейское пиво – все достаточно качественное. Заказываем позы (20 руб.) и чебуреки (15 руб.) – все очень вкусное, хотя чебуреки маленькие.

14:00. Отправляемся на юг, дорога на Хатгал начинается в самом начале деревни на Юг, дорог достаточно много, но если держать правее, то выезжаешь на достаточно хороший мост через реку Ханх. С преодолением устья реки Ханх и прилегающих рек у нас не было проблем, дорога первые 12 км до пер. Ширдэгийн-Даба достаточно хорошая.

В последние годы на дороге Ханх-Хатгал настроили вот такие достаточно хорошие и простые мосты. Проблема преодоления бродов почти отпала.

Далее дорога через небольшой перевал идет вдоль озера до реки Танын-Гол.

Распадок устья реки Танын-Гол, очень живописное место.

Далее дорога идет вверх по распадку вдоль болотистой местности, дорога достаточно хорошая, но на обычном седане туда лучше не соваться.

Затем начинается подъем и перевал Туругийн-Хундийн-Даба, сложностей этот перевал не вызывает, хотя начинают попадаться острые камни на подъемах. Спускаемся вниз до реки Тураг-Гол, делаем привал, фотографируем.

На обратном пути речка была глубже на 10-15 см. Преодолеваем брод и следуем далее. Начинается очень сложный подъем на очередной перевал (пер. Тураг-Шогиулын-Даба). Сложность заключается в острых камнях, торчащих на дороге, все это усложняется крутым подъемом, груженой машиной и очень низко висящим глушителем.

Хорошо, что у нас очень дубовая резина – Белшина, такую сложно разрезать камнями. Тем не менее, еду с осевой блокировкой (на Lock), чтобы случаем не буксануть на камнях. Перевал пройден.

Спускаемся к руслу реки Шогнул-Гол, где тоже достаточно глубокий брод и далее небольшой грязевой участок. Останавливаемся сфотографировать эту реку.

Фотографирую, и я слышу звук, который появляется когда что-то большое рассекает воздух (наподобие планера), оборачиваюсь и вижу огромного орла с размахом крыльев под 3 метра, он летит низко. Звук как от планера или дельтаплана.

Через некоторое время, на косогоре мы видим – болото?! Натуральная болотина как в лесотундре, со стоячей водой, – эта вода вытекает дорогу, делая ее сложной для проезда.

photo: вот такая картина

Благо нет дождя, и мы минуем это место. Судя по доскам и бревнам, тут кто-то очень хорошо “сидел”. Впереди нас ждет очередной сложный подъем на пер. Улдзийн-Хашийн-Даба, после которого мы спускаемся в живописную долину реки Ноён-Гол, устье которой и является конечной целью нашего маршрута.

На реке встречаем два выводка уток с утятами, селезень, крякая и маша крыльями пытается отогнать нас. Проезжаем до озера вдоль реки, с правой её части. Песка так много, что автомобиль скребет днищем о песок. Место нам не понравилось – открытое, мало растительности и ветер, решаем ехать дальше искать место для стоянки. Вот некоторые места, которые находятся чуть далее Ноен-Гола.

Доезжаем до реки Сэвсулийн-Гол. Очень даже неплохая бухта для стоянки. Находим уютное место в правой части этой бухты. Место очень красивое, на пляже нет ни одного следа человека. Место это расположено на 60-м км от Ханха, вдоль дороги даже установлены указатели километража.

Высота по навигатору была 1671 метр, это на 1100 метров выше, чем Иркутск, а на перевалах поднимались максимум на 1900 метров над уровнем моря. Карту пройденного маршрута выкладывать не буду, так как дорога там одна, и развилок практически нет, а если и есть, то ехать надо просто по более укатанной дороге.

Наши потери в дороге до места, это весьма подмятый глушитель и исцарапанные бензобаки. Глушитель я решил снять и обратно ехать с прямотоком. Шумновато, но зато едешь гораздо смелее.

Начинаю рыбачить на песчаном пляже взабродку, так как лодки нет, опробовал все блесны – тишина, ни одной поклевки.

Все закаты были очень красивые, вообще каждый закат на озере это произведение искусства, для фотографа тут настоящее раздолье.

Утром встаю пораньше, меняю место рыбалки, нахожу чуть в стороне – каменистое дно с россыпью крупных камней, которая уходит на 15-20 метров от берега, далее идет песок.

Цепляю на спиннинг “Daiwa Silver Creek Spinner R-C Цвет: akakin”, и на первой проводке (через 2 метра проводки!) – удар. От неожиданности первого хариуса я не подсек достаточно хорошо, пару кульбитов в воздухе у моих ног, и хариус свободен! Кидаю дальше. 40 минут пробую разные виды проводок и блесен. Итого 4 хариуса на 300-400 грамм есть на уху, вся мелочь конечно отпускается.

Отвлекусь на рыболовную тему: Ловился в основном белый хариус, черный брал реже и всегда отпускался из-за меньшего размера. Иногда рыба хватала у самых ног, вода прозрачная как на Байкале, так что все это хорошо видно: проводка блесны, следом идет рыба, удар, плеск, готово. Ловил на вращающиеся блесны 2 и 3 го размера по шкале Mepps, на 2-ой в основном хватала мелочь, поэтому перешел на 3-ку, в основном работала “MEPPS AGLIA DECOREES SILVER/RED 6,5 гр. №3” – 50% улова, и “Mepps Aglia TW AG 6,5 гр. №3” – 30%.

Пробовал разные блесны и разную проводку, в основном работала медленная равномерная проводка. Пробовал ступенчатую – много зацепов о большие камни, так как глубина маленькая, несколько раз для спасения блесны приходилось купаться на глубине 1,5 метра в холоднющей воде.

Пробовал кидать мух с водоналивным поплавком. Видимо мухи у меня “не той системы”, опыта маловато, ни одной поклевки.

У вспоротого хариуса в брюхе было большое количество икры среднего размера (чуть меньше чем лососевая в банках), вероятно, он питался икрой меченой между камнями, поэтому клев был в этом месте хороший, особенно в период 7-10 и 19-21 час. В 95% случаев клев был, когда блесна проходила каменистый участок берега, на песке поклевок практически не клевало.

Хариус плавился очень хорошо утром: всплеск, сразу заброс в это место, и в большинстве случаев – поклевка.

Надо отметить, что вся рыба, которая попалась, была с мелкими червями в брюхе, поэтому рыбу не солили, а ели после термообработки. Ленка поймать на спиннинг так и не удалось, а вот хариуса было предостаточно. Самый большой экземпляр под 450 грамм длинной 35 см. Ловил обычно по 5-7 хариусов утром и столько же вечером, больше съедать у нас не получалось.

Первые два дня постоянно то тут, то там, грохотал гром и ходили темные тучи. Погода очень часто менялась: утром дождик, к обеду дождь, а к 4-м часам дня уже солнышко. Утром было около +5, при постоянном наличии ветра было достаточно холодно. Днем в хорошую погоду было до +25, мы смело загорали и даже купались в холодном Хубсугуле.

На второй день с утра к нам приехала монгольская парочка Ватр и Отхон. Их юрта была недалеко – около 5 км, русский язык практически не знают, приходилось изъясняться языком жестов. А приехали они на железном коне. Мотоцикл это основный вид транспорта в данной местности, всадника мы видели единожды на обратном пути.

Место, где мы разбили лагерь, было близко к дороге, но скрыто за сопкой. И всю проезжающую технику мы хорошо слышали, её было мало: грузовик ЗИЛ 131 попался нам только дважды за 4 дня (он, вероятно, вез товар из Хатгала), УАЗ проезжал примерно раз в день, а мотоциклисты ездили как правило утром и вечером примерно 1 мотоциклист в 1 час. Кстати УАЗ санитарка любимый монгольский автомобиль, их там очень много.

Вообще, место там достаточно глухое, вокруг нас не было никого примерно на удалении 2-3 км, в связи с этим ощущение единения с природой чувствовались достаточно остро. Туристов мы встретили только дважды: одни плыли на байдарке от Ханха, и два джипа (которые обогнали нас на пути сюда) возвращались с юга озера.

бОльший из Ленков
и хариус

Но вернемся к нашим друзьям монголам. Угостив их конфетами, которые были специально для этого куплены, и горячительным, у нас состоялся неспешный разговор о том – о сем. В разговоре я спросил про ленка, есть ли он в озере, на что получил утвердительный ответ, и пожаловался на то, что не могу поймать ленка.

Надо сказать, что монголы очень отзывчивые люди, и всегда придут на помощь при необходимости, по крайне мере у меня сложилось именно такое впечатление. После моей жалобы относительно ленка, через пару часов к нам приехал Ватр со свои другом Отто.

Показывая на болотные сапоги, монголы позвали меня на берег. Подойдя я увидел как Отто достает из пакета сеть. Мои пояснения относительно вреда браконьерства и большого количества уже пойманной мной рыбы ни к чему не привели, сказывался языковой барьер, и вероятно не понимание самого смысла заложенного в слово “браконьерство”. Монголы твердили “лен’к есть” показывая на озеро и разматывая старую рваную китайскую сеть длинной около 20 метров.

Кстати последние гласные в словах монголы проглатывают, и получается довольно смешно. Как мне показалось, монголы все делают не торопясь, здесь другое отношение ко времени, здесь ни кто не спешит и не торопиться.

Сеть была поставлена всего в 15 метрах от берега, на глубине чуть выше колена, посредине нашего песчаного пляжа. После, с монголами, пришлось немного “жахнуть по маленькой”, и они уехали. Вернулись вечером снимать сеть, в сети было куча черного мелкого хариуса и два ленка, один на 1,1 кг, второй на грамм 700.

Часть хариуса, что мог плыть, я отпустил сразу из сетей, остальной хариус отдал монголам, хоть они отказывались очень долго, уповая на то, что мол объелись мы его (показывали большое пузо), а ленков мы взяли себе.

река Сэвсулийн-Гол

Пробовал рыбачить на реке Сэвсулийн-Гол, но поклевок не было. В устье река болотистая и течение очень медленное. Опять вдалеке плавает выводок уток. На берегу очень много причудливых деревьев и коряг. А сам залив достаточно мелкий, чтобы зайти по пояс надо пройти не менее 30 метров. Очень мелко, даже хорошо видны полоски темного и светлого песка, уходящие далеко в озеро.

Дни пролетели незаметно – рыбалка, приготовление рыбы, общение с местными, загорание на солнце, опять рыбалка, и опять приготовление рыбы. Если не считать около 30 ржавых консервных банок которые я собрал на склоне горы у побережья, то мусора почти не было, а банки мы привезли в Иркутск и выкинули на мусорку с другим мусором, который довезли в коробке на крыше автомобиля. Кстати, в поездке очень удобно перевозить вещи и продукты в картонных коробках, при ненадобности и можно сжечь.

Это незабываемо. Невозможно в полной мере описать свои чувства, когда ты наедине с природой, рыбачишь в таком красивом месте, и вокруг никого. Когда на закате ты закидываешь блесну в ослепительно блестящий Хубсугул, леска устремленная за тяжелой приманкой ложиться яркой ровной дугой в свете солнечных лучей, а у твоих ног рыскают стайки крупных хариусов. Это действительно незабываемо.

Одним ясным утром было хорошо видна противоположную сторона озера, она более гористая, и дорог там нет.

Вот еще несколько интересных фотографий Хубсугула.

А вечером, у костра можно сидеть и угадывать, на что похожа та или иная тучка: рыбка, динозавр, лодка, самолет, или что-нибудь еще. Кстати самолетов мы ни разу ни видели, это очень удивительно, так как, живя в Иркутске мы постоянно их слышим и видим их в небе.

Вот уже 9 июня, и нам пора отправляться домой. Подъем в 7 утра, сборы, и в 9 утра мы уже держим путь на севре по направлению к Ханху. Нас сопровождает удивительно-большое количество мотоциклистов, то мы их обгоняем, то они нас.

Кстати, больше всего я переживал не за грязь или камни, и не за качество дороги, – а за глубину бродов рек, даже освоил в теории методы прохождения особо глубоких водоемов (с закрытой полиэтиленом передом авто или задним ходом), но в это время вода была низкая, так что теория не была проверена практикой.

Делаем последние фотографии Хубсугула и отправляемся далее к Ханху, до которого осталось всего 14 км. Перед деревней Ханх, когда дорога уже приемлемая, делаем остановку для того чтобы установить глушитель на место. Не доезжая до деревни 1 км, мы встречаем пешего орла, (сначала нам показалась, что это вышел из-за сопки ребенок в коричневом тулупе ), очень большая птица. Приезжаем в Ханх к 12:00, на дорогу ушло около 3 часов, а туда ехали целых 5 часов. В деревне запасаемся сувенирами, и идем обедать в кафе. В кафе нам говорят, что поз нет, так как завтра праздник, и они готовятся к нему. 10 июля 1921 года Монголия была освобождена от Китайского захвата. Из разговоров с местными выяснилось, что этот праздник отмечают все и очень грандиозно. Именно этим объясняется большое количество мотоциклистов устремившихся в Ханх, вероятно для покупки продуктов необходимых для празднования. Этот праздник монголы празднуют 3 дня, “даже границу закрывают!” сказал нам местный продавец. Как так?! Мы тут же садимся в авто и летим к границе, жить в Монголии еще 3 дня? Нет!

На пути все же быстро фотографируем Мунку-Сардык и едем дальше. На подъезде к границе нас останавливают на КП и требуют регистрацию. Тут я вспоминаю, что где-то в отзывах читал, что надо обязательно зарегистрироваться в администрации Ханха, мы этого не сделали. Они нам говорят, что надо и утверждают, что границу без этой бумажки не пройти. Делаем непонимающее лицо, через пару минут споров он выносит нам регистрацию других людей месяцем ранее, требует уплатить ему 700 р. (500 р. за авто и по 100 р. с человека). Обратно возвращаться и нет никого желания (19 км пилить), платим и едем далее. Хоть и пограничник обещал, что на границе все будет “Ок”, что смотреть фамилию и дату не будет, все равно тревожное чувство есть. Эх, надо было зарегистрироваться!

Приехав к 14:00 на границу мы стоим только 12-цатые. А те, кто приехал в 10:00 стоят четвертыми. Дело в том, что многие жители Ханха, утром устремились Монды для покупки бензина и продуктов на праздник, и теперь просто российская сторона не справляется с потоком монголов из Монд, и каждый автомобиль забит кучей всякой всякоты (а это все надо проверять!). Один монгол успокоил нас, мол завтра граница тоже будет работать, хоть и праздник, а вот потом со среды по воскресенье 5 дней будем отдыхать. Ура! Даже если мы задержимся тут, то не более чем на 1 день! А уже так хочется домой! Вначале 6-го вечера, нас и еще одно авто впереди нас, все же запускаю на монгольскую границу (Граница работает до 18:00). Проходим очень быстро. Стоим минут 20 на нейтральной полосе. Российскую границу тоже проходим быстро, погранцам тоже охота домой, но машину на предмет наличия рыбы проверяют очень тщательно. А вот мусор, тот, что в коробке на крыше – даже не посмотрели. В 18:10 мы проходим Российскую границу. В 22:30 мы в Иркутске.

Когда подъехали к подъезду дома, на одометре было 777 км – именно столько мы проехали в этом замечательном путешествии.

Mongolia мы еще обязательно вернемся! Мечты сбываются!

Желаю чтобы и Ваши мечты сбывались! Удачи всем! Спасибо, что дочитали до конца. С уважением aleks144.

Вокруг озера Хубсугул за семь дней. Часть вторая

Михаил Петров, специально для IRK.ru

10 сентября 2019 г. 10 комментариев около 15 минут на чтение

Прогулки по белому Марсу

Иркутянин Даниил Тюрюмин водит экскурсии по Шпицбергену.

Где отдохнуть на Байкале и что посмотреть: 10 вариантов

Шаманка, КБЖД или Большое Голоустное?

Жизнь за стенами женского монастыря

Как живут монахини, и почему они решили прийти в монастырь.

Баргуджим – Токум: путешествие на родину ветра. Часть вторая

О достопримечательностях правой стороны Баргузина.

Бугульдейка, Аршан или Тажераны? Выбираем, куда поехать на майских праздниках
«Когда попадаешь в Калининград, не веришь, что ты в России»

Своими впечатлениями поделилась Анна Свинаренко.

Отдыхаем в России: Екатеринбург

Что посмотреть в столице Урала.

Куда полететь в отпуск? Открытые страны и их требования к въезжающим

Горячие обсуждения

Сын экс-губернатора Левченко предстанет перед судом по обвинению в мошенничестве на миллиард рублей
Рекордные 909 случаев COVID-19 выявили в Иркутской области за сутки
Впервые за новейшую историю России убыль населения превысила миллион человек

IRK.ru публикует продолжение рассказ иркутянина Михаила Петрова о поездке в Монголию. Во второй части — о космосе Хубсугула, баране, ночи в юрте, болоте и французе.

Глава 5. Хатгал и баран

Маршрут проходил по самому берегу озера, порой уходя в степи и леса. Удивлял нас своими пейзажами, нетронутыми землями и полным отсутствием людей. Хубсугул всегда сравнивали с Байкалом – и по красоте, и по чистоте воды, и по обилию рыбы, но вот по количеству путешественников… На байкальском побережье неизменно наткнешься на палатку туристов или столкнешься на тропе с любителями активного отдыха, а здесь благодать, здесь космос.

Мы планировали где-нибудь купить барана, поскольку продукты у нас в основном консервированные, а сильно хотелось еды, приготовленной на костре. Проезжая по степи, увидели одиноко стоящую юрту. Решили подъехать и спросить на счет мяса. Заглушив свой «трактор», я снял шлем и зашел в юрту. Оглядевшись, был очень поражен быту монголов: очень аскетично, но аккуратно и уютно.

В самом центре – печь с трубой, которая выходит в отверстие в потолке, на полу большой ковер, на котором играет румяный годовалый ребенок. По периметру две кровати, пара тумбочек и один офисный стол из советских времен.

Справа от входа увидел подвешенные под потолок две немного подсохшие бараньи ноги. Понюхав мясо, понял, что оно свежее, несмотря на то что висит не один день, а может, и не первую неделю.

В этих краях монголы говорят только на своем языке, поэтому объясняться на русском или английском бесполезно. Маме этого очаровательного ребенка объяснил жестами, что мне нужны эти две бараньи ноги и, достав из кармана деньги, опять-таки жестами спросил, сколько будет стоить. Монгольская женщина полезла в тумбочку, отыскала там калькулятор, протерла его от пыли подолом своей юбки, набрала цифры и показала мне.

Я показал на пальцах «викторию», мол, это за две ноги? На что она дала понять, что может продать только одну. Пожимая плечами, показала пальцем на ногу, а потом на ребенка и произнесла: «Бейби ням-ням». Стало понятно, что если она отдаст мне две ноги, то кормить ребенка будет нечем.

Ну что ж, плову уже быть! Меня очень поразило то, что юрта стоит одиноко где-то в степи, и чтобы выжить, крутись как хочешь: электричества нет, магазинов рядом нет, медицины тоже, то есть совсем ничего! Я подумал, что они, наверное, очень счастливые люди.

Следующую ночевку запланировали в Хатгале – крупном населённом пункте на юге озера, а до него еще нужно было добраться и найти ночлег. В палатках в этот раз решили не ночевать.
Ехали целый день, с остановками в понравившихся местах для фото, на обед или перекус и, конечно же, не без боевых сто грамм. Расстояние рассчитали неверно, да и остановок в красивых местах было много, так что до Хатгала в тот день так и не доехали.

Уже почти в сумерках встали на берегу для ночлега. Бить лагерь под проливным дождем – занятие, скажу вам, не из приятных. Бензопилой быстро заготовили дрова из вальника и с помощью бензина и пустой консервной банки разожгли костер.

Если идёт проливной дождь и все дрова сырые, а вам необходимо развести костер, то нужно взять пустую банку, например из-под тушенки, налить в неё бензин (если есть), поставить под сырые дрова и поджечь. Гореть будет долго, так как горит не сам бензин, а его пары. Этой банки будет достаточно, чтобы высушить дрова и разжечь хороший костер.

Парни приступили к разбивке лагеря, а я взялся готовить плов. Это действо очень забавляло ребят – напоминало колдуна за приготовлением магического зелья. Только представьте: я в капюшоне над казаном, лью в него что-то тягучее и вязкое, под мощными струями дождя это что-то периодически вспыхивает, поднимая языки пламени в один метр… Завораживающе! Кто не понял, вспыхивало раскаленное масло из-за попадания в казан воды.

Дождь шел всю ночь, вернее, лил с неистовой силой. В некоторые палатки натекла вода, благо, взяли специальные надувные матрасы. Было очень холодно. Попутчики в основном разбрелись по палаткам с целью хоть немного выспаться. Однако самые стойкие грелись у костра и болтали.

На следующее утро разобрались с маршрутом и добрались до посёлка. Дорога там была очень пыльной и пустынной. Только изредка встречались старинные машинки и мотоциклы китайского производства. Остановились в юрте.

Хозяин жилья приготовил нам бухлёр из баранины. В скором времени разошлись по своим «номерам», необходимо было просушить вещи и как следует выспаться, больше ночевок в юртах не предвиделось. Звёздная ночь дарила надежду на хорошую погоду.

Утром и впрямь светило солнце. Проснулись часов в девять и начали собирать вещи, крепить их на квадрики. А после быстро двинулись на заправку. В здешних местах пропустить заправку – значит поставить точку в своем путешествии: заправиться уже в принципе будет негде, а если случится чудо и в какой-нибудь глухой деревушке вы увидите бензоколонку, то выбирать марку бензина не придется – 100% здесь будет АИ-80, который для наших машин и техники не подходит.

На этом маршруте есть всего два места, где можно пополнить баки каким-никаким, но бензином: Хатгал, где полноценная, привычная нашему глазу автозаправка и даже есть 95-й, и в Рэйченлкхумбе. Здесь плачевнее: три колонки стоят почти в чистом поле; кассира или заправщика для начала нужно поискать; бензин только 92-й и 80-й. Все, больше на маршруте в 620 километров заправок не будет.

Глава 6. Там нет дороги

Оставив Хатгал позади, мы ехали по юго-западному борту Хубсугула. Эта часть озера представляет развитую его часть. Так как сюда идёт федеральная трасса из Улан-Батора, основная масса всех приличных и даже дорогих турбаз сосредоточена именно здесь. Турбазы в монгольском стиле стоят вдоль асфальтированной дороги, на которой через каждые 20 метров – лежачие полицейские. Ехать по этой стиральной доске очень неприятно. По другую сторону дороги – берег с коротенькой травкой, иногда попадается песок.

Очень часто встречаются полицейские участки два на два метра с надписью «POLICE» и соответствующие стражи порядка в черной форме и форменных кепках. Как-то необычно было смотреть на это: совсем недавно ехали по глухой степи, а тут прям почти Европа. Проезжая мимо этих красивых коттеджей, очень захотелось когда-нибудь провести здесь время.

Полоса с турбазами растянулась километров на 40. Преодолев еще с десяток, выехали на распутье. Шел дождь, время далеко за полдень. На этом перекрестье о чем-то оживленно разговаривали трое монголов в национальных одеждах, их лошади переминались с ноги на ногу. Монголы пристально рассматривали нас и наш караван. Поодаль стояли еще двое, один даже сносно говорил по-русски.

Мы объяснили, кто мы и куда держим путь, на что получили прям сказочный ответ: мол де, налево пойдете – в тупик попадете, направо пойдете – в болоте сгниете, а еще из-за дождей сход селей обещают, поэтому настоятельно не рекомендуем вам туда ехать, возвращайтесь обратно.

Возникла дилемма: ехать или повернуть обратно. Взвесив все за и против, решили двигаться вперед, а там как Бог даст. Упрёмся в непреодолимое – вернемся.

Вечерело. Дождь и не думал успокаиваться. Километр за километром ожидали, когда уже начнутся болота, о которых нам так настойчиво рассказывали местные и предупреждали не ехать, а болот (помните, как в фильме «Собака Баскервилей») все нет и нет.

На всякий случай двигались цепочкой, растянувшись метров на 30. Я ехал первым. Вдруг почувствовал, что почва пошла волной. Передние колеса квадроцикла порвали верхний слой дерна, и я медленно стал проваливаться в черную жижу. В нос ударил жуткий запах. Оглянулся и увидел, что парни медленно погружаются в болото. Девчонки и дети, соскочив с квадроциклов, что бежали назад. Ни лебедками, ничем другим воспользоваться не успевали. До последнего пытались спасти технику, но тщетно. Саня уже по пояс ушел в черную массу, а от его квадроцикла и след простыл. Все бросили технику и ринулись на помощь Александру. С помощью веток и веревок выдернули его из «черной дыры». Оставшаяся техника со всем скарбом медленно, но верно погружалась в болото. Приближаются сумерки, дождь не утихает, девушки плачут, в глазах ужас и отчаяние. Впереди болото и лес.

Да, фантазия тогда у меня разыгралась бурно. На минуточку представил себе картину, описанную выше. Но максимум, что я почувствовал, когда остановился подождать других и спрыгнул с квадрика, как дерн подо мной пошёл волной. То есть, думаю, если взять дрын и проткнуть поверхность, то хлынет вода, но плотность «покрытия» такова, что сможет выдержать вес нескольких квадроциклов и пропустить нас дальше.

Природа на этом отрезке была как в Мордоре из фильма «Властелин колец». Сумерки сгущаются, льет дождь, горы окутаны белой дымкой, одинокие лохматые яки, словно призраки стоят на нашем пути.

Около девяти вечера выехали на берег озера. Нашли место под стоянку, натянули тент, и каждый занялся своим делом по обустройству лагеря. В этот вечер гром сотрясал окрестности, а молнии то и дело освещали горизонт. На ужин приготовили баранью печень с большим количеством лука и жареную картошку с мясом.

Евгений все это время накаливал камни мощнейшим костром, который даже дождю не поддавался. После ужина установили баню-палатку и эти камни сподручными средствами перенесли в нее – получилась настоящая сауна. Выбегая из бани, многие с разбега и с криком прыгали в ледяной Хубсугул. Несмотря на предстоящий ранний подъем, засиделись до глубокой ночи.

Утро порадовало солнцем и голубым небом, как бы говоря: быстро сушите вещи, приводите все в порядок и дуйте дальше, а то погодное окно скоро закроется! Мы так и сделали: костер побольше да пожарче, высушили все, особенно детские вещи. Как же хорошо собираться без дождя. Так хотелось просто посидеть или полежать на солнышке и никуда не торопиться, но, увы, нужно ехать.

Глава 7. Пеший турист

Мы мчались по степи, оставляя за собой десятки километров. Время от времени небо выливало на нас тонны воды. Но иногда, крайне редко, солнце радовало своим гостеприимством. И сегодня был именно такой день.

Заехали в лесную чащу через разлившиеся реки. Множество ручейков стремительно мчались по зеленой траве, большие деревья, высокая зеленая растительность, на которой я отчетливо видел солнечные блики. Этот удивительный пейзаж передавал первозданную свежесть леса. Огромные капли воды на больших зеленых листьях, пропустившие через себя луч солнца, оставили яркое впечатление в моей душе. Налюбоваться этой гармонией леса, воды и солнца было невозможно.

Я ехал первый. Вдруг среди деревьев мелькнул силуэт человека. Странно, подумал я, откуда бы ему здесь взяться? Но проехав еще немного, сомнения отпали. Это был пеший турист – худощавый мужчина лет 30–35, с огромным рюкзаком. В этот момент меня догнали наши, и мы поинтересовались у него, откуда и куда идет. Оказалось, этот пеший — француз. На первый взгляд, наверное, странно встретить в столь диком месте европейца, но с другой стороны, чем он хуже нас? Просто ему нужно самолетом добираться до этих мест, а нам достаточно сесть на машину. Он, как и мы, ищет места, где в наш век очень мало людей. Вот и вся разница. Пообщавшись с Майклом минут пять, предложили поехать с нами, у нас было место в кокпите. Он согласился.

Глава 8. Броды и природа

Ехали дружно и весело, пока не уперлись в первый непонятный брод с очень быстрым течением. Двое наших прокатились вдоль реки в поисках лучшего места для переправы, но тщетно – глубина везде пугала. Решили пообедать и обмозговать, как будем переходить это препятствие. Обеды у нас были, как правило, быстрые и простые – гречка, тушенка, консервы и боевые 100 граммов.

Француз поразил: из своих скудных запасов достал палку заморской сырокопченой колбасы и отдал на общий стол. Его поступок сильно впечатлил, так как выяснилось потом, что ел он только утром, и все его немногочисленные продукты были расписаны четко по дням.

Время около двух. Небо привычно-свинцовое. В ожидании дождя надели плащевки. Пообедали. У кого были вейдерсы пошли бродить по бурной реке, выбирая оптимальную глубину для переправы. Она хоть и была критичной, но другого выхода не было, решили рискнуть.

Первыми пошли те, у кого на квадроциклах стояли шноркели. Коробку в положение L – и вперед. Брод оказался не так страшен, каким казался. Зад квадрика, конечно, стаскивало течением, но не критично. Броды все время нужно проходить с максимальной бдительностью и осторожностью, так как всегда есть вероятность застрять на подводных камнях, а это может быть чревато в условиях глубины и сильного течения.

Природа завораживала на каждом участке пути. Иногда это были очень широкие, полностью пересохшие русла рек, с большими камнями и старым высохшим топляком. В этих руслах стелился туман. Проезжая такие места, я каждый раз ассоциировал их с фильмом ужасов: казалось, что вот из тех кустов сейчас выйдет какой-нибудь призрак с мачете в руке, а из тех – всадник без головы, как в ужасах «Сонная лощина».

Через пару километров ландшафт резко изменился, вдруг появились огромные отвесные скалы, вдоль которых бежали бурлящие реки, полные хариуса и ленка. Подъехали к последнему населенному пункту – Рэйнчилкхумбе.

Поселок представлял собой аккуратно построенные в ряд домики и две, а может, и четыре перекрестные улицы. Здесь можно последний раз заправиться, пусть и 92-м бензином. Зашли в продовольственный магазин, пополнили провиант – купили овощи, хлеб, консервы, напитки. Француз с готовностью скинулся на продовольствие. Медлить было нельзя. Заправились – и двинулись дальше.

Проехали километров 30–50. Время близилось к вечеру, нужно вставать на ночлег. Кругом степь. Запасы воды, соответственно, на исходе. Необходимо найти место для ночевки, где есть вода. Наш табор медленно погрузился в сумерки. Нашли небольшую речку. Наблюдали, как коровы пьют из нее воду. Поодаль вроде небольшая глубина, около метра, и течение сильное, река проточная, пить можно. Бьем лагерь. Каждый занимается своей работой, обязанности четко распределены. За мной всегда кухня.

Француз много рассказывал и просил нас объяснить ему некоторые русские маты. Это было очень смешно. От смеха болели живот и лицо. Наш гость съел три добрых порции жаркого. Когда доедал, всегда спрашивал, можно ли добавки? Наголодался бедняга. Дали ему с собой пару банок тушенки и кильку в томатном соусе. Сидели, как обычно, до глубокой ночи…

Наш гость встал часа в четыре, очень тихо собрал свою палатку и ушёл своей дорогой. Взяли у него контакты, но, к сожалению, потеряли. Эх, часто о нём вспоминаем, а он, наверное, с теплотой о нас, как о большой дружной компании русских парней и девушек, которые приняли его как родного. Надеемся, с нами ему было тепло и по-домашнему уютно.

Про первую часть монгольских приключений читайте в статье «Вокруг озера Хубсугул за семь дней. Часть первая».

Чтобы сообщить об опечатке, выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Фотографии озера Хубсугул

RomanS » 26 авг 2015, 13:16

Хубсугул. Монголия. 21-23 Августа 2015 г.

Самое глубокое и самое красивое озеро в Монголии — Хубсугул (ранее называвшееся Косогол, по-монгольски Хувсгел Далай) — Синяя жемчужина — крупное пресноводное озеро с кристально чистой водой и живописным побережьем на севере страны, рядом с границей России. Вода в Хубсугуле пресная, чистая, с замечательным минеральным составом, пригодная для питья в сыром виде. В одном только Хубсугуле сосредоточено порядка 1-2 % мирового запаса пресной воды.
Высота над уровнем моря 1645 м
Площадь 2620 км²
Объём 381 км³
Наибольшая глубина 262 м
Средняя глубина 120 м

Хубсугул одно из 17 древнейших озёр, возраст которого около 6 млн лет — это гигантский кратер потухшего вулкана, заполненный водой, что объясняет его глубину (272 м). У местных жителей Хубсугул считается священным местом.

Посетить данное озеро было давно, но все отчеты были о зимней рыбалке, а о лете информации не так много. И тут сошлись звезды)))).
Получил новый загран.паспорт в четверг и вечером уже пришла мысль, а почему бы не махнуть в этот чудесный край. Тем более на выходных в Курме ожидался аншлаг, а на Байкал ехать не было желания из за пожаров. Обзвон друзей не дал 100% гарантии на поездку так как была еще одна проблема, джип в сервисе, а ехать на пузотерке не вариант.
И так в день выезда в 09-30 мне дал конкретный ответ мой друг Владимир, что он может поехать и хочет взять сына с собой. Я сразу ломанулся собирать скраб и ждать Вову, что бы взять водный пипелац RIB к джипу прицепом. В последний момент я вспомнил, что жилет с ключами от лодки дома и пришлось еще сделать круг по городу.

Выехали мы с города в 11-30 и очень сильно переживали… успеем ли пройти границу т.к. ехать 305 км. Но еще и Култук впереди ждет, а там не погоняешь… ну да ладно полетели…

В Мондах на первом КПП были в 15-30 и торопили погранцов пропустить быстрее. Граница работает с 10-00 до 17-00 в летний период без выходных. Границу прошли за час! Чему были безумно рады.

А дальше курс на базу Саян-Радиан, проехать не возможно (дорога одна). И оплата на КПП за нахождении в национальном парке, при оплате нас надули, а именно останавливают и спрашивают сколько человек? Нас трое и озвучен ценник 400 рублей за всех, я передаю деньги и начинаю парить о рыбалке… спрашиваю, что бы продал лицензию на рыбалку т.к. заранее знаю, что она необходима. На что получил ответ – рыбачьи удочкой… и сдачу 50 рублей.
С билетами об оплате 3000 тенге с человека, а позже узнав курс 30 к 1… сложил в уме, что изначально работник национального парка хотел поиметь 100 рублей, но дал сдачу в 50 и оставив себе полтишок)))) Ну да ладно, пусть за туристов 100 грамм примет, а бухают они все)))

Далее добрались до Ханх, закупились маленько пивом и одной бутылкой монгольской водки (ох опрометчивый шаг), а я еще сигаретами (сразу скажу курящим, я давно в ужасе от качества “парламента”, а монгольский “парламент” это вообще что-то… такое г@вно я давно не курил, кто курит – берите сигареты с собой).

По тихому дошагали до базы. Оплатили и раскидали вещи. Пошли отмечать приезд в ресторан.

В субботу мы встать смогли только в 12 часов.

Ни в коем случае не пейте такую гадость, я думал не жить мне… В ресторане такой х. нет!
После очухавшись мы наконец спустили RIB на воду и пошли рыбачить…

Далее продолжать смысла нет,
так как могу писать одно и тоже, а именно заброс – 5 секунд и поднимаем рыбу. и так постоянно.

Погода – супер…
Клев – супер…
Номер – супер…

По итогу скажу: если останавливаетесь в Саян-Радиан, спиртное покупайте в ресторане, цена магазина и за качество отвечают.
На рыбалке: мухи работали все рабочии глубины от 17 до 25 метров.

Что интересует, спрашивайте…

Вывозить рыбу и мясо с Монголии нельзя. При прохождении границы туда встретили горемык, стояли уже 4 часа за попытку провести 3 хвоста. Был выписан административный штраф и рыба была при них уничтожена. Если любите приключения то WELCOM

Re: Хубсугул. Монголия.

Gafser » 26 авг 2015, 14:34

Re: Хубсугул. Монголия.

BigFisher » 26 авг 2015, 14:46

Re: Хубсугул. Монголия.

RomanS » 26 авг 2015, 15:03

Тип проживания Стоимость
Монгольские юрты
3-местная юрта 800 руб./чел
4-местная юрта 700 руб./чел
Гостевой дом:
1-местные номера (1-й этаж, туалеты, душевые кабины, умывальники
на 1-м этаже) – №№101, 102
1600 руб.

2-местные номера (2-й этаж, туалеты, душевые кабины, умывальники
на 1-м этаже) – №№201, 202 3000 руб. за номер при 2-местном размещении
(2200руб. при 1-местном)
Номера повышенной комфортности I категории *
(раздельные кровати, диван, душевая кабина, туалет и умывальник в номере)
2-местный с отдельным входом, 1-й этаж – №100
2-местный с общего входа, 1-й этаж – №103 5000 руб. за номер при 2-местном размещении
(3900руб. при 1-местном)
2-местный номер повышенной комфортности II категории (2-й этаж,
две комнаты; одна 2-спальная кровать, туалет и умывальник в номере) – №207 4600 руб. за номер при 2-местном размещении
(3500руб. при 1-местном)
2-местные номера повышенной комфортности III категории (2-й этаж,
две раздельные кровати, туалет и умывальник в номере) –
№№203;204;205;206 4200 руб. за номер при 2-местном размещении
(3100руб. при 1-местном)

Были, безуспешны так как в навигаторе не было карты Хубсугула (Монголии в целом) и мыкались как слепые котята
Был пробег в субботу вечером на 60 км, рек не нашли, а по приходу на базу выяснили, что две пролетели ходом не заметив
А хариус везде .

Замок Хартхайм

Замок Хартхайм великолепное творение в стиле Ренессанс, но с другой стороны стало свидетелем ужасающих действий против человечности во время Второй Мировой войны.

Замок Хартхайм являет удивительное по красоте здание, построенное в 17 веке недалеко от города Линц в Австрии. Известен он не только своей богатой архитектурой, но и интересной, порой ужасающей историей. Во время Второй Мировой войны в стенах замка располагался институт насильственной эвтаназии и претворялась в жизнь «Акция Т-4» Третьего Рейха.

История создания Хартхайм

На тот момент поместье находилось на одном из берегов Дуная. По данным источников в нем проживала семья Хартхайм, служившая епископу Пассау. В 1287 году в документах замка находится упоминание о трех братьях, однако, уже через пятьдесят лет Хартхаймы просто исчезают из списков, будто их никогда и не было. К середине 14 века замок представляет собой лишь башню с крепостной стеной, окруженную рвов.

На протяжении долгого времени сменялись хозяева сооружения и вместе с ними изменялся внешний облик замка. В стиле Ренессанса он был перестроен в начале 16 века. Одновременно с этим возвели четыре башни по углам здания и одну, расположенную в центре. После этой трансформации замок изменениям не подвергался.

В 1799 году полноправным хозяином довольно потрепанного Хартхайма становится принц Георг Адам. По документальным данным в этот период замок был лишен всех своих окон. Некоторые комнаты были даже без потолков. Ровно через сто лет следующий владелец принц Генрих Камилло жертвует замок в пользу церкви. С этого момента из жилого здания делают больницу для душевнобольных. Руководили всем процессом монахи-паллотники.

С 1900 года десять лет длится ремонт Хартхайма, преобразовывающий его в лечебный центр. Позже главная лестница замка была заменена лифтом.

Ну и в период войны замок по полной используется Третьим рейхом в качестве центра насильственной эвтаназии.

Период войны с немцами прославил замок как центр эвтаназии, которым руководил Карл Брандт. Все, что творилось внутри, называлось «Акцией Т-4». За всю историю существования в стенах замка были убиты более 18000 человек. И эта цифра приведена всего за год действия акции. При подсчете всех жертв войны, было озвучено число – тридцать тысяч невинных. Нацисты оправдывали свои действия огромной экономией лекарств и денег, тратящихся на больных.

За всю войну в различных центрах всего было уничтожено 70000 человек.

Среди убитых было и немало известных людей, например, Бернхард Манн, Карас Фридрих, Ян Ковальский и многие другие. Кстати говоря, в число убитых попало и много здоровых людей. Попадали они в центр эвтаназии по принадлежности к одному из трех «неугодных» классов. Также во время войны было убито очень много священнослужителей.

До наших дней дошли многочисленные свидетельства ужасов, творившихся в замке, согласно которым был создан целый мемориал, посвященный жертвам нацизма. Ежегодно его посещают сотни тысяч туристов. Идея создания памятника пришла в голову австрийским властям после реставрации Хартхайма. Позже после более детального исследования в замке были найдены еще места, в которых проводились массовые убийства. Кстати говоря, именно здесь впервые стали использоваться газовые камеры. В некоторых помещениях исследователи нашли в итоге даже человеческие останки.

Всего на сегодняшний день в замке возведено 40 памятников жертвам эвтаназии.

В начале 21 века в 2001 году был основан мемориал Дунай. Посвятили его также многочисленным жертвам, которых выбрасывали в Дунай. Идея создания пришла в голову после нахождения в реке останков убитых.

Посвящен он Игнацу Шуману и Леопольду Хилгарту. Они оказали огромное сопротивление во время борьбы с нацистским режимом.

Раскопки на заднем дворе Хартхайма привели в ужас археологов. Они нашли огромные захоронения несчастных людей, а также прах, сожженных заживо. Исследования подтвердили причастность к «Акции Т-4».

В 2002 году здесь было официально открыто кладбище.

Замок Хартхайм

Замок Хартхайм – расположен в районе города Линц, горной области Австрии. Замок является образцом ренессансной архитектуры. Представляет собой прямоугольник с четырьмя башнями по периметру и главной башней у стены замка. Внутри замка Хартхайм расположен небольшой двор. Помещения замка до реставрации были непригодными для посещения, но после 2002 года замок был адаптирован под посещение туристами.

Поместье Хартхайм располагается вдоль реки Дунай. В 1130 году в документах епархии Пассау упоминалась семья Хартхайм. Владельцы замка были служителями епископа Пассау. В 1287 году в документах на владение замка упоминаются три брата: Конрад, Петр и Генрих. Однако уже в 1323 году семья Хартхайм исчезает из списка владельцев замка. В середине XIV века замок состоял из одной башни и окружающей её низкой стены, так же вдоль стен был вырыт неглубокий ров. После смены нескольких владельцев замок находит постоянных хозяев в лице семьи Аспан. В начале 30-х годов XVI века здание замка перестраивается в стиле Ренессанса. Воздвигаются четыре угловых башни и одна главная у стены. После этой перестройки, замок больше не изменял своей структуры. В 1799 году замок приобретает принц Георг Адам. В это время замок находился в плохом состоянии. Из документов о собственности историки находят информацию о том, что в начале XIX века в замке отсутствовали двери, окна, а в некоторых помещениях даже потолки. В 1898 году принц Генрих Стархемберг Камилло отдает замок на пожертвование Католической церкви. После чего в здании замка образуется лечебное учреждение для душевнобольных и инвалидов, за которыми вели уход монахини-паллотинки. С 1900 года по 1910 проводятся ремонтные работы, после чего все хозяйственные пристройки и основное здание замка адаптируется под лечебное учреждение. В 1926 году лестницу в замке заменяют лифтом. В период Второй мировой войны замок используется нацистами как центр эвтаназии. После войны местными властями замок переделывается под музей, посвященный памяти погибших в концентрационных лагерях и центрах эвтаназии.

В годы Второй Мировой войны в замке была организован огромный центр по насильственной эвтаназии под управлением рейх комиссара здравоохранения Третьего рейха Карлом Брандтом. Все мероприятия, осуществляемые в замке, на тот момент были частью так называемой «Акции Т-4». За всё время пользования замком в качестве нацистского «Института эвтаназии» в результате «лечения» погибли от рук врачей 18 269 человек в период с 1940 по 1941 год. И этой был только первый этап акции. В общей сложности в замке погибло около 30 тысяч человек. В ходе этой акции уничтожались люди, страдающие неизлечимыми болезнями, психически больные и нетрудоспособные. В большинстве случаев родственники больных не знали об участи своих родных, лечащихся в «больничных центрах». Очень много пациентов центра эвтаназии были заключенными концентрационных лагерей, которые находились в верхней части Австрии. Также в числе пациентов были и преступники, с особо криминальным прошлым. Нацистские лидеры оправдывали эти «дезинфекции» экономией средств по содержанию больных, а также общим здоровьем растущей нации. В ходе «Акции Т-4» в разных центрах насильственного умерщвления погибло 70 273 человек. Из расчета немецких экономистов того времени годовая экономия на этих больных составляла около 88 миллионов марок. Учитывая то, что эти больные могли прожить еще 10 лет, то из этого следует, что экономия на содержании этих больных одно десятилетие составляла 880 миллионов марок.

В ходе эвтаназии были убиты много известных деятелей, в их числе: Бернхард Хайнц Манн (1903-1942), немецкий католический священник; Карас Фридрих (1895-1942), американский католический священник; Ян Ковальский (1871-1942), польский епископ Старой католической церкви Мариавитес; Ида Малого (1894-1941), австрийский художник; Неунгёусерер Готфрид (1882-1941), американский монах-бенедиктинец; Силтен Вернер (1893-1942), протестантский богослов. Среди пациентов института умерщвления было немало здоровых людей, противников нацистского режима. В некоторых медицинских картах числилась не болезнь, а принадлежность к одному из трех классов: противник нацизма, коммунист или польский фанатик. В Хартхайме было убито около 310 деятелей духовенства.

В замке и по сей день сохранилась документация того, что происходило в Хартхайме во время национал-социалистического режима. На данный момент в замке организован мемориал посвященный жертвам нацистского режима, который ежегодно посещается огромным количеством туристов. В 1997 году правительство Австрии решило отремонтировать замок, и организовать мемориал. В ходе реставрации были обнаружены помещения, в которых происходили массовые убийства больных. Именно в замке Хартхайм были впервые применены газовые камеры. В автобусном парке и садах замка были обнаружены многочисленные захоронения, в которых были обнаружены останки людей сожжённых в крематориях замка.

В замке Хартхайм установлено более 40 мемориальных досок, посвященных жертвам концентрационных лагерей и центров эвтаназии.

Французский мемориал, посвященный памяти французских узников лагеря смерти «Маутхаузена» является самым первым мемориалом, установленным в замке после войны. Он был построен в 1950 году Амикалем де Мотозаном. Мемориал расположен в северной стороне замка рядом с окрестной деревней. На камне мемориальной доски выбита надпись: «Honneur aux Francais Victims de la Barbarie Nazie Morts an Hartheim pour la France et la Liberte du Monde». В переводе на русский язык: «В честь французских жертв, погибших вследствие нацистского варварства в Хартхайме за свободу Франции».

Каменный мемориал Дунай – в октябре 2001 года был построен мемориал Дунайским Банком, находящийся на широте деревни Гстокет. В этой деревне происходили выбросы останков жертв эвтаназии в Дунай. На мемориальной доске высечены слова: «The water erased the tracks which the memory keeps». В переводе на русский: «Вода стерла следы, но сохранила память». Автором этих строк является Франц Ригер, который жил в этом районе Австрии.

Памятник сторонникам сопротивления – монумент воздвигнут местными властями в 2003 году в честь памяти жертвам национал-социалистического режима, бойцам сопротивления Игнацу Шуман и Леопольду Хилгарт. Памятник расположен в восточной части замка, рядом с входом в служебные постройки. Автором монумента является Герберт Фридл.

Кладбище – во время археологических раскопок в 2002 году в восточной части замка археологи обнаружили массовые захоронения людей, в частности пепел сожженных трупов в крематориях замка. Анализ останков подтвердил, что останки принадлежат людям, и они датируются 1939-44 годами. В соответствии с законом о Благосостоянии могил, место, где обнаружены человеческие останки, было объявлено кладбищем. 27 сентября 2002 года состоялись официальные похороны и организовано кладбище по проекту Герберта Фридла.

Копирование и публикация материалов сайта разрешены только при наличии активной ссылки на источник
2011 – наши дни.. © Контакты | Лого | Реклама на сайте | Вебмастерам
Политика конфиденциальности | Пользовательское соглашение

Хартхайм — австрийский замок для нацистской эвтаназии

Сегодня, в международный день памяти жертв холокоста, я не смог бы дать статью о моей сегодняшней жизни в Австрии, проигнорировав тем самым историю этой страны. Уверен, каждая страна несёт бремя прошлых ошибок, тёмных страниц из прошлого и стремится меньше вспоминать о тяжёлых моментах своей истории. Год назад я уже писал статью о том, как обстоят дела с памятью о прошлом в Австрии, так что сегодня я лишь дам ссылку на материал годичной давности, так как ни во мне, ни в стране ничего особенно не изменилось.

Чтобы больше понять те страшные моменты из жизни страны, важно знать весь контекст происходящего. Когда в отрыве изучаешь лишь одну сторону вопроса, то картинка часто искажается и воспринимается неправильно. Так что сегодня я хочу рассказать вам об одной «достопримечательности» которую можно посетить в Австрии, всего лишь в 30 километрах от Линца, где сегодня я живу со своей женой. Речь пойдёт о небольшом средневековом замке Хартхайм, где в период с 1940 по 1945 год нацистское руководство единой Германии занималось «улучшением» арийской нации, уничтожая сотни собственных граждан, которые были признаны инвалидами или людьми с какими-то выявленными ограничениями.

Хартхайм (нем. Schloss Hartheim) — австрийский замок XVI века, построенный в стиле ренессанс, который расположен в земле Верхняя Австрия, в 30 километрах от Линца.

Он стал очень популярным местом встреч историков и учёных в конце XX века, как место убийства людей с ограниченными возможностями в период Второй мировой войны. Сейчас здесь расположен музей.

О замке

Хартхайм расположен в середине так называемого бассейна Эфердингера, который простирается от Оттенсхайма до Ашах-на-Дунае вдоль реки Дунай. Уже в 1130 году в документах упоминается семья по имени «Хартхайм». Это слуги епископа Пассау. В 1287 году три брата Конрад, Пётр и Генрих фон Хартхайм упоминаются как владельцы замка через бартер с аббатством Вильхеринг. В 1323 году другая семья становится владельцем данного замка, как показывают найденные записи. До середины 14-го века комплекс состоял в основном только из одной башни, возможно, со связанным домом, окружённым небольшой стеной с валами и рвом.

После нескольких смен владельца замок перешёл во владение семьи Аспан, которая, вероятно, также построила замок в его нынешнем виде. В начале 1890-х годов она предприняла полную реконструкцию замка, создав из него идеальный пример архитектуры эпохи Возрождения в виде правильного четырехстворчатого комплекса с четырьмя многоугольными угловыми башнями и более высокой центральной башней.

В 1799 году Георг Адам принц Стархемберг приобрел замок. Не позднее 1862 года он был в довольно плохом состоянии, как видно из отчета этого периода: «…двери, окна и печи полностью отсутствуют».

В 1898 году Камилло Генрих Фюрст Стархемберг подарил здание замка, хозяйственные постройки и некоторые земли Верхнеавстрийской провинциальной благотворительной ассоциации (Верхняя Австрия LWV). Этот акт доброй воли навсегда предопределил печальную судьбу места в будущем.

Немного позже, между 1900 и 1910 годами, были проведены обширные ремонтные работы и необходимые реконструкции, чтобы использовать здание в качестве дома престарелых для умственно отсталых людей. Так этот некогда прекрасный замок стал медицинским учреждением.

О центре эвтаназии

Весной 1939 года, ещё до начала Второй мировой войны, ссылаясь на «Закон от 17 мая 1938 года о передаче и объединении клубов, организаций и ассоциаций (Законодательный вестник № 136/1938)», государственная благотворительная организация была распущена и принудительно интегрирована в губернатора провинции Обердонау.

В марте 1940 года пациенты и персонал были переведены в другое здание для перестройки учреждения в институт эвтаназии. Внешний вид замка остался практически нетронутым. На первом этаже восточной части были построены газовая камера, морг и мусоросжигательный завод.

По оценкам Хартхайма, с мая 1940 года по декабрь 1944 года было убито около 30 000 человек. Среди убитых были (психически) больные, физически и умственно неполноценные люди, а также заключенные из концентрационных лагерей. В июне 1945 года американский следователь обнаружил так называемую «статистику Хартгеймера». Это была брошюра с ежемесячной статистической информацией о выделении необходимого количества умерщвляющего газа на инвалидов и больных в шести центрах убийства Т4 на территории бывшего рейха. Исходя из этого, была рассчитана предполагаемая экономия на еде, арендной плате, расходах на персонал и т. д.

Также в статистике было отражено специальное лечение заключенных — «Sonderbehandlung 14f13». Под аббревиатурой Aktion 14f13 подразумевалось уничтожение слабых, больных и немощных заключенных в концлагерях. В рамках «Aktion 14f13» Хартхайм также стал учреждением, где было убито большинство заключённых концлагерей. Их количество оценивается в 12 000 человек. Это были в основном узники из концентрационного лагеря Маутхаузена.

Организаторы T4 Виктор Брэк и Карл Брандт приказали, чтобы больные были убиты только медицинским персоналом, поскольку в разрешительном письме Гитлера от 1 сентября 1939 года упоминались только врачи. Таким образом, работа газового крана была работой врачей-газовщиков в центрах убийств.

Так же в этом центре было убито 310 польских, семь немецких, шесть чешских, четыре люксембургских, три голландских и два бельгийских священника. Множество немецких и австрийских ученых, врачей и священников также были «вылечены» нацистами в стенах замка Хартхайм.

Суды над работниками центра эвтаназии

В трёх судебных процессах, в двух в Австрии и в Германии, были предприняты попытки расследовать преступления, связанные с эвтаназией в замке Хартхайм, в Нидернхарт-Линце и в замке Гшвендт в Нойхофене-на-Кремсе. Однако обвинительные приговоры в результате этих процессов были большим исключением.

После окончания Второй мировой войны на бывшей территории Третьего рейха шло несколько судебных процессов по более громким делам, связанным с лагерями смерти. В них число жертв в концлагерях превышало число жертв Хартхайма, так что многие убийства в Хартхайме остались безнаказанными.

Народные суды, созданные в Австрии после Второй мировой войны, рассматривали массовые преступления в трёх учреждениях в двух судебных процессах в 1947 и 1948 годах в Линце. Первое судебное разбирательство закончилось 26 ноября 1947 года по обвинению двух медсестер. Они были приговорены к 3,5 годам и 2,5 годам за участие в убийствах и жестоком обращении. С другой стороны, шесть медсестер, чья работа была признана судом «подлежащей неотложной помощи», были оправданы.

В рамках подготовки к основному судебному разбирательству было проведено расследование в отношении 61 подозреваемого (43 мужчины и 18 женщин). Они работали во время преступлений в учреждениях Хартхайм, Нидернхарт и Гшвендт врачами, медсестрами, администраторами и водителями.

Только трое из 61 подозреваемого были обвинены. Две медсестры получили тюремные сроки (Карл Харрер 66 месяцев, Леопольд Ланг 36 месяцев), один был оправдан.

Важно помнить об этих страницах истории и никогда не забывать их. Множество жертв может быть совершенно напрасными, если человечество будет забывать о самых тёмных страницах своего прошлого.

Дополнительные материалы, посвященные темным страницам Австрии, можно найти по ссылке

Ужасы замка Хартхайм

Замок Хартхайм расположен в районе Линца, столицы федеральной земли Верхняя Австрия. Замок является образцом ренессансной архитектуры. Представляет собой прямоугольник с четырьмя башнями по периметру и главной башней у стены замка. Внутри замка Хартхайм расположен небольшой двор. Помещения замка до реставрации были непригодными для посещения, но после 2002 года замок был открыт для туристов.

История
Поместье Хартхайм располагается вдоль реки Дунай. В 1130 году в документах епархии Пассау упоминалась семья Хартхайм. Владельцы замка были служителями епископа Пассау. В 1287 году в документах на владение замка записаны три брата: Конрад, Петр и Генрих. Однако уже в 1323 году семья Хартхайм исчезает из списка владельцев.
В середине XIV века замок состоял из одной башни и окружающей ее низкой стены, вдоль стен был вырыт неглубокий ров. После смены нескольких владельцев замок обретает постоянных хозяев в лице семьи Аспан. В начале 30-х годов XVI века здание перестраивается в стиле Ренессанс. Воздвигаются четыре угловых башни и одна главная у стены. После этой перестройки замок больше не меняет своей структуры.
В 1799 году Хартхайм приобрел принц Георг Адам. В это время здание находилось в плохом состоянии. В документах о собственности историки находят информацию о том, что в начале XIX века в замке отсутствовали двери, окна, а в некоторых помещениях — даже потолки. В 1898 году принц Генрих Стархемберг Камилло жертвует замок Католической церкви. После чего в здании организуется лечебное учреждение для душевнобольных и инвалидов, за которыми ухаживали монахини-паллотинки. С 1900 по 1910 годы проводятся ремонтные работы, после чего все хозяйственные пристройки и основное здание замка адаптируются под лечебное учреждение. В 1926 году лестницу в замке заменяют лифтом.
В период Второй мировой войны замок используется нацистами как центр эвтаназии. После войны замок переделывается местными властями под музей, посвященный памяти погибших в концентрационных лагерях и центрах эвтаназии.
Институт эвтаназии
В годы Второй мировой войны в замке был организован огромный центр по насильственной эвтаназии под управлением рейхскомиссара здравоохранения Третьего рейха Карла Брандта. Все мероприятия, осуществляемые в замке, на тот момент были частью так называемой Акции Т-4. За все время пользования замком в качестве нацистского Института эвтаназии в период с 1940 по 1941 год в результате «лечения» погибли от рук врачей 18 269 человек. И это был только первый этап операции. В общей сложности в замке погибло около 30 тысяч человек. В ходе этой акции уничтожались люди, страдающие неизлечимыми болезнями, психически больные и нетрудоспособные. В большинстве случаев родственники больных не знали об участи своих близких, лечащихся в «больничных центрах». Очень много пациентов центра эвтаназии были заключенными концентрационных лагерей, которые находились в верхней части Австрии. Также в числе пациентов были и преступники с криминальным прошлым.
Нацистские лидеры оправдывали эти «дезинфекции» экономией средств по содержанию больных, а также общим здоровьем растущей нации. В ходе «Акции Т-4» в разных центрах насильственного умерщвления погибло 70 273 человек. Из расчета немецких экономистов того времени годовая экономия на этих больных составляла около 88 миллионов марок. Учитывая то, что эти больные могли бы прожить примерно еще 10 лет, то из этого следует, что экономия на содержании этих больных в одно десятилетие составляла 880 миллионов марок.
В ходе эвтаназии было убито много известных деятелей, в их числе: немецкий католический священник Бернхард Хайнц Манн (1903—1942), американский католический священник Карас Фридрих (1895—1942), польский епископ Старой католической церкви Мариавитес Ян Ковальский (1871—1942), австрийский художник Ида Малого (1894—1941), американский монах-бенедиктинец Готфрид Неунгёусерер (1882—1941), протестантский богослов Силтен Вернер (1893–1942).
Среди пациентов института умерщвления было немало здоровых людей, противников нацистского режима. В некоторых медицинских картах числилась не болезнь, а принадлежность к одному из трех классов: противник нацизма, коммунист или польский фанатик. В Хартхайме было убито около 310 деятелей духовенства.
После расследования выявился полный состав главного персонала центра эвтаназии:
Эрвин Ламберт — главный инженер по строительству газовых камер и крематория,
Рудольф Лонауэр — главный врач, руководящий всеми операциями по эвтаназии, также являлся руководителем психической больницы в Линце,
Винсент Ногель — главный рабочий в крематории,
Франц Рейхляйтнер — инспектор уголовного розыска, главный по делам преступников-пациентов, позже становится комендантом лагеря смерти «Собибор»,
Георг Ренно — заместитель главного врача Рудольфа Лонауэра, психиатр,
Антон Майер — «медбрат»,
Франц Штангль — инспектор гестапо, позже — комендант Треблинки,
Йозеф Валластер — надзиратель в крематории, позже — надзиратель в концлагере «Собибор»,
Кристиан Вирт — начальник информационного бюро, руководитель транспортировки больных из концлагерей, позже становится комендантом лагеря смерти «Белжец».
Мемориалы
В замке и по сей день сохранилась документация того, что происходило в Хартхайме во время национал-социалистического режима. На данный момент в замке организован мемориал, посвященный жертвам нацистского режима, который ежегодно посещается огромным количеством туристов. В 1997 году правительство Австрии решило отремонтировать замок и организовать мемориал. В ходе реставрации были обнаружены помещения, в которых происходили массовые убийства больных. Именно в замке Хартхайм были впервые применены газовые камеры. В автобусном парке и садах замка были обнаружены многочисленные захоронения, в которых были найдены останки людей, сожженных в крематориях.
В замке Хартхайм установлено более 40 мемориальных досок, посвященных жертвам концентрационных лагерей и центров эвтаназии.
Французский Мемориал
Французский мемориал, посвященный памяти французских узников лагеря смерти «Маутхаузена», является самым первым мемориалом, установленным здесь после войны. Он был построен в 1950 году Амикалем де Мотозаном. Мемориал расположен в северной стороне замка рядом с соседней деревней. На камне мемориальной доски выбита надпись: «Honneur aux Francais Victims de la Barbarie Nazie Morts an Hartheim pour la France et la Liberte du Monde». В переводе на русский язык: «В честь французских жертв, погибших вследствие нацистского варварства в Хартхайме за свободу Франции».
Каменный мемориал «Дунай»
В октябре 2001 года Дунайским Банком был построен мемориал, находящийся на широте деревни Гстокет. В этой деревне останки жертв эвтаназии выбрасывались в Дунай. На мемориальной доске высечены слова: «The water erased the tracks which the memory keeps». В переводе на русский: «Вода стерла следы, но сохранилась память». Автором этих строк является Франц Ригер, который жил в этом районе Австрии.
Памятник сторонникам
сопротивления
Монумент воздвигнут местными властями в 2003 году в память жертвам национал-социалистического режима, бойцам сопротивления Игнацу Шуману и Леопольду Хилгарту. Памятник расположен в восточной части замка, рядом со входом в служебные постройки. Автором монумента является Герберт Фридл.
Кладбище
Во время археологических раскопок в 2002 году в восточной части замка археологи обнаружили массовые захоронения людей, в частности пепел сожженных в крематориях замка трупов. Анализ подтвердил, что останки принадлежат людям, и они датируются 1939—44 годами. В соответствии с законом о Благосостоянии могил, место, где обнаружены человеческие останки, было объявлено кладбищем. 27 сентября 2002 года состоялись официальные похороны, и по проекту Герберта Фридла организовано кладбище.

Читайте также:
Законы штатов и конгресса в США в 2022 году: общий вид законодательной системы
Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: