Интервью с балийкой: жизнь на Бали на берегу океана

Жизнь на Бали для русских

С каждым годом россиян, мечтающих поселиться на райском острове, становится все больше. Людей сюда привлекают следующие моменты: близость океана, благоприятный климат, приемлемая стоимость проживания. Многие соотечественники считают, что Бали является идеальным местом для проживания. Действительно ли это так? Ответ на этот вопрос на ToursBali.

  1. Особенности переезда
  2. Получение визы
  3. Страховка
  4. Расходы на проживание
  5. Жилье
  6. Транспорт
  7. Питание
  8. Выбор места проживания
  9. Досуг
  10. Работа
  11. Итог

Особенности переезда

До того, как собирать в чемоданы, приобретать билет в одну сторону, садиться в самолет с мечтами о беззаботной жизни, советуем поговорить с теми людьми, который уже переехали на ПМЖ на Бали. Рекомендуем поинтересоваться у них о тех проблемах, с которыми они столкнулись.

Желательно пообщаться с разными людьми, чтобы сформировать полную картину проблем, связанных с переездом на Бали. Если решение все-таки принято, билет на остров покупать лучше заблаговременно, чтобы сэкономить деньги.

Существует два варианта, как можно добраться до острова Бали:

  1. Перелет со стыковкой, который предлагается одним воздушным перевозчиком. Этот способ является самым комфортным, так как не придется переживать, успеете ли Вы на пересадку, искать в чужом аэропорту свой багаж (его автоматически перенесут на стыковочный рейс сотрудники аэропорта). Не рекомендуем пользоваться услугами китайских авиакомпаний, лучше выбирать надежные авиалинии (эмиратские или катарские).
  2. Стыковочные рейсы через азиатские города, являющиеся соседями острова. Такой вариант предполагает несколько пересадок. Билеты придется покупать отдельно, причем, чаще всего в базовую стоимость перелета не входит багаж (потребуются дополнительные материальные затраты). Среди минусов этого варианта отметим и существенное увеличение длительности перелета, так как придется заложить дополнительное время на пересадки (багаж придется брать и переносить на новый рейс самостоятельно, что также потребует дополнительного времени). Чтобы не потеряться в чужих аэропортах, необходимо владеть иностранным языком, поэтому такой сложный маршрут подходит россиянам, знающим английский язык.

Для приобретения билета на самолет необходимы действующий заграничный паспорт, банковская карта с кодом CVV на обороте. Ввод всех данных о пассажире осуществляется на латинице.

Получение визы

Многие путешественники используют месячную туристическую визу, оформление которой осуществляется сразу после приземления в аэропорту Бали. Вопросы, которые задают туристам сотрудники пограничной службы, являются стандартными:

  • продолжительность нахождения на территории острова;
  • основное место проживания;
  • цель приезда на Бали (необходимо отмечать только туризм).

После завершения месячной визы, туристы имеют право на ее повторное получение (срок продления разрешительного документа составляет 30 суток). Далее можно выехать в соседнюю страну, чтобы рассчитывать на получение следующей визы.

Если в планы входит длительное проживание на территории острова, необходимо оформить одну из виз:

  1. Социальная. Срок ее действия составляет 6 месяцев. Получить такую визу можно в посольстве Индонезии, расположенном на территории страны постоянного проживания. Такая виза не дает права обладателю заниматься бизнесом, устраиваться на работу. Для получения социальной визы необходимы следующие документы: заграничный действующий паспорт, обратный билет на самолет, письмо –приглашение от спонсора, в роли которого выступает житель или компания Индонезии.
  2. Рабочая виза. Она необходима тех иностранцам, в планы которых входит трудоустройство на территории острова или открытие на Бали собственного бизнеса. Такую визу должен сделать работодатель, приглашающий иностранца на работу. Если в планах ведение бизнеса на Бали, виза оформляется на собственное юридическое лицо.
  3. Бизнес – виза. Она предназначена для граждан, которые довольно часто по делам приезжают в Индонезию, не хотят тратить время на получение визы в аэропорту. Подобная виза актуальна для тех, кто осуществляет закупки товаров на острове, их последующий вывоз в свою страну. Подобный тип визы дает разрешение на пребывание на территории Бали в течение 2 месяцев.
  4. Пенсионная виза. Она выдается на срок 12 месяцев. Для ее получения заявитель должен соответствовать следующим требованиям:
  • достигнуть 55- летнего возраста;
  • иметь личный счет в финансовом учреждении;
  • предоставить из медицинского учреждения справку о состоянии здоровья.

Советуем ответственно отнестись к выбору типа визы, так как при нарушении правил (трудоустройстве гражданина, не имеющего рабочую визу) помимо существенного штрафа от иммиграционной службы, возможна депортация из страны.

Страховка

Медицинская страховка является важным моментом, о котором нельзя забывать. Некоторые путешественники (по разным причинам) не оформляют страховку, а при наступлении разных неприятных ситуаций (тропической лихорадке, укусе животных, дорожной аварии) об этом очень сильно жалеют.

При отсутствии медицинской страховки все материальные расходы, связанные с оказанием медицинских услуг, оплачиваются самим иностранным гражданином. Сумма может составлять несколько тысяч долларов. К примеру, только за осмотр специалиста придется платить клинике 70 долларов.

Оформить медицинскую страховку советуем до вылета. Стоимость страховки зависит от продолжительности нахождения гражданина на территории Бали. При выборе страховой компании советуем обращать внимание на следующие моменты:

  • работа с медицинскими учреждениями Бали по безналичному расчету;
  • сотрудничество с международными медицинскими учреждениями, предназначенными для обслуживания иностранных граждан;
  • возможность оформления спортивной специальной страховки (этот пункт необходим для поклонников серфинга).

Расходы на проживание

Материальные расходы зависят от индивидуальных особенностей человека.

  1. Для неприхотливых людей, предпочитающих питаться в недорогих заведениях питания, жить в гостевых домах или хостелах, нужна минимальная сумма.
  2. Тем же туристам, которые хотят проживать в номерах с несколькими спальнями, питаться только в европейских ресторанах, потребуется абсолютно другое количество материальных средств.

Невозможно найти универсальный ответ на вопрос относительно количества денег, которые потребуются для жизни на Бали. Проанализируем возможные расходы для среднестатистического путешественника, отправляющегося на Бали.

Жилье

Главную часть всех расходов составляют расходы на проживание.

  1. Виллу на Бали можно снять за 1800 долларов в месяц, а стоимость месячной аренды комнаты в гостевом доме – 140 долларов.
  2. Самым недорогим вариантов проживания на Бали является съем номера в гестхаусе. Комната может быть с водоснабжением, канализацией, кондиционером (но есть варианты и без удобств). Иногда в стоимость проживания включен завтрак. В гостевых домах получше есть бассейн, отдельный вход, и т.д.
  3. Аренда отдельных домов обойдется в 300-400 долларов (в месяц). Многие владельцы берут плату сразу за год вперед, поэтому получается достаточно внушительная сумма.

Помимо оплаты аренды, придется платить за разные коммунальные услуги: электрическую энергию, газ, вывоз мусора, воду (подобные расходы предстоят туристам, арендующих виллу). Иностранцы, снимающие жилье в гостевых домах, дополнительных платежей не вносят (оплата коммунальных услуг включена в стоимость проживания).

Транспорт

По острову невозможно передвигаться на общественном транспорте, поэтому в бюджет придется заложить статью на аренду скутера.

Передвижение по острову на этом транспортном средстве является самым удобным вариантом. Средняя стоимость месячной аренды скутера на острове составляет 80 долларов.

Прокат автомобиля существенно дороже, да и пользоваться ею на Бали неудобно (платные дороги, постоянные пробки, необходимость прав международного образца).

Питание

Стоимость питания на острове дешевле, чем в Москве.

  • В чек включен 10% налог.
  • Гости обязаны оставлять в заведении питания чаевые, размер их может достигать 10%.
  • Покушать в небольшом кафе можно за 3-4 доллара, а в популярном европейском ресторане – за 20-25 долларов.
Читайте также:
Традиционный праздник Чхусок в Южной Корее: корейский день благодарения

Если самостоятельно закупать продукты и готовить еду, можно существенно уменьшить расходы.

Выбор места проживания

Регионы Бали существенно отличаются друг от друга. При выборе места жительства важно учитывать его отличительные особенности. Все места можно поделить на следующие места:

  1. Развлекательные. Если в Ваши планы входит не уединение на лоне природы, а яркая ночная жизнь, то лучше отправляться в Куту и Семиньяк. Первый район больше подходит для молодежи и серферов. Семиньяк отличается модными ресторанами шикарными виллами, поэтому здесь будет комфортно обеспеченным людям. В этих районах не потребуется тратить деньги на аренду транспортного средства, так как все достопримечательности находятся недалеко друг от друга. Не советуем выбирать эти районы, если Вы едете на Бали с детьми (из-за шума и ночных тусовок о нормальном сне придется только мечтать).
  2. Район для серфинга. Поклонникам этого водного вида спорта подойдет Чангу либо полуостров Букит. В этих районах живописные места, безлюдные пляжи.
  3. Пляжные районы. Поклонникам этого вида отдыха советуем обратить внимание на Санур, Джимбаран, Нуса-Дуа. Так как рядом с островом Бали находится океан, на любом участке побережья всегда есть волны. Некоторые места имеют рифовое или каменистое дно (поэтому Бали сложно считать идеальным местом для пляжного отдыха).
  4. Места для уединения. Для спокойного и размеренного отдыха подойдет Убуд. Рисовые поля, зеленые леса, извилистые реи – характерные особенности данного региона. Убуд считается творческой столицей острова, поэтому здесь развиты разные виды творчества.

Досуг

На острове предлагается масса возможностей для развлечений. Среди них:

  • дайвинг, серфинг, снорклинг;
  • медитация, йога;
  • времяпрепровождение на пляже;
  • мастер-классы;
  • экскурсионные программы;
  • знакомство с местными традициями и обычаями;
  • посещение балийских храмов;
  • прогулки по рисовым плантациям;
  • участие в мероприятиях и праздниках;
  • знакомство с национальной кухней.

Личный опыт: я жила на Бали и могу объяснить, почему он стал местом массового паломничества

М ы уверены, что вы тоже заметили: это паломничество на Бали, сплошные виллы и серфы в «Инстаграме». Ощущение, что пол-Москвы переехало на остров, чтобы очищаться, вдохновляться, просвещаться. Но что в этом месте такого, чего нет в других?

Приглашенный автор BeautyHack Ксения Щеглова уволилась из издательского дома Conde Nast и тоже уехала на Бали постигать дзен. От первого лица – что ищут на острове инфлюенсеры, как найти себя и, главное, не потерять по возращении.

– «Бали или Москва? Бали или Москва», – я ерзала на пластиковом стуле у входа в свой приаэропортовый отель в Куала-Лумпуре уже полчаса, пытаясь понять, что делать со своей жизнью дальше. Позади у меня было три месяца путешествия по Азии. Впереди – еще одна неизведанная страна – Сингапур. А после – черная пропасть. И чтобы в нее не угодить, нужно было срочно решить, куда лететь дальше. Логика делала жест «рука-лицо» и выла: «Конечно, Бали, ведь впереди октябрь, в Москве будет холодно! Ты взвоешь через неделю!». А что-то, что зовется внутренним голосом, интуицией, сердцем – да как угодно это назовите – назойливо и однотонно твердило: «Москва, Москва, Москва». Часа через три я все-таки купила билет и через четыре дня уже шла счастливая под ледяным дождем по любимой Покровке – в гости к подруге. С Бали и вообще с Азией у меня явно случился передоз. Сейчас расскажу, как так вышло.

В конце июня я уволилась из издательского дома «Конде Наст», собрала чемодан размера cabin size и улетела на Бали. Не было никакого плана, не было никаких суперсбережений, и ожиданий тоже не было никаких. Была вилла, снятая через группу в «Телеграме» на месяц, и четыре комплекта купальников. Единственным моим желанием было зайти в океан с доской и поскорее начать серфить.

Серфинг я открыла для себя два года назад здесь же, на Бали. Я уехала в отпуск на две недели, и моя жизнь поделилась на «до» и «после». Накануне мы в «Татлере» сдавали ноябрьский номер, в котором я выступила автором громадного обзора на тему того, как бороться с хронической усталостью и стрессом. Диагностировать симптомы у себя оказалось проще простого: бессонница, неконтролируемая агрессия, переходящая в апатию, ну и вечные спутники – синяки под глазами. В общем, зажатая, застрессованная и колючая, я села в самолет и закрыла глаза. Через 16 часов я уже мчала на минивэне в серфлагерь, вдыхая по пути ароматы корицы, гвоздики и еще кучи специй, витавших в балийском воздухе. Помню, как первые четыре дня я, не успев открыть глаза, хваталась за телефон проверять рабочую почту. Но процесс исцеления не заставил себя ждать долго. Моего внутреннего freak control, а вместе с ним и стресс, накопленный в Москве, смыло первой же волной, которая меня замесила в день моего выхода в открытый океан. Когда лежишь на доске спиной к океану и ждешь, когда подтолкнет волна, тебе не до сдачи номера.

В общем, как вы уже догадались, моя история любви с Бали началась с серфинга. Расскажу чуть подробнее.

Почти 90% серферов базируются в Чангу. Здесь все – и новички, вроде меня, приезжающие на пару недель и пытающиеся покорить свои первые волны. И прорайдеры, которые уже успели обрести статус экспатов. Вы можете узнать их по бронзовому загару и выгоревшим локонам. Я никогда не была в Калифорнии, но знающие люди говорят, что эта часть Бали сильно напоминает Западное побережье Штатов. Поэтому и называют ее Balifornia. Здесь же самое большое скопление хипстерских кофеен с модным bulletproof кофе, всевозможной матчи на кокосовом, миндальном и фундуковом молоке. Добавьте к этому магазинчики с идеальными белыми футболками, купальниками всех форм и размеров и серфами на каждом шагу. В Чангу все болеют серфингом и тусовками. А еще страдают от адских пробок. Но настоящий Бали – он не здесь. Чтобы понять магию острова, лучше всего взять байк и отправиться на север – в обитель храмов, вулканов и водопадов.

К слову, о храмах – они на Бали в принципе везде, почти в каждом доме, и это не шутки. У балийцев своя религия. Это смесь индуизма, буддизма и анимализма. Они верят в духов и через день устраивают церемонии для их ублажения. Один из самых красивых храмов расположен на горном озере Братан. Отсюда рукой подать до действующего вулкана Агунг. Чтобы подняться на него, мне нужно было проснуться в 2 ночи, за полтора часа добраться до подножья горы и взбираться на вершину в течение двух часов, чтобы успеть встретить самый красивый рассвет в своей жизни. С подъемом у меня, кстати, связана история. Запланировала его на свой второй приезд на Бали (это тоже был отпуск, после которого я и приняла решение вернуться на остров насовсем). Я ждала этого дня не меньше, чем Нового года. Готовилась: размяла мышцы, как следует подкрепилась накануне, отказалась от алкоголя. И в ночь свалилась с температурой 38. Но каким-то чудом через три часа проснулась абсолютно свежая и бодрая. Желание подняться на вершину пересилило внезапную болезнь. Когда в 6 утра я уселась на корточки на вершине Агунга, поняла, что это утро я уже не забуду никогда.

Читайте также:
Иммиграция в Канаду для россиян - обзор способов и важные нюансы

Еще один маст на Бали – водопады. На севере острова их миллион. И один красивее другого. Мы с друзьями поехали на Aling Aling. Мы выбрали его не случайно. Гид сказал, что мы сможем прыгнуть с пятиметровой вышки прямо в воду. Ну и, разумеется, сделать фотографии на фоне умопомрачительных видов. По приезде оказалось, что вышек здесь целых три: 5, 10 и 15 метров. И, пожалуй, тот день и стал поворотным в моей жизни.

Я прыгнула с высоты 15 метров (друзья только потом сказали мне, что это высота пятиэтажки), а когда вынырнула, меня обдало такой эндорфиновой волной, которую, наверное, можно сравнить разве что с тем чувством, когда тебе делают предложение.

Сердце стучит, коленки подкашиваются – ну вы поняли. Это был мой самый отчаянный и смелый поступок в жизни, за который, к слову, я крепко получила от мамы. После этой поездки я вернулась в Москву совсем другая. Водопад Aling Aling как будто окончательно смыл с глаз пелену, которая мешала рассмотреть реальность. Да, в моей жизни было все: работа мечты, лучшие в мире друзья, квартира в центре Москвы. И плюс все сопутствующие симптомы – тревожность и абсолютное непонимание, зачем и куда я иду. Вопрос «чтобы что?» крепко засел тогда в моей голове. И я приняла решение: уволиться и поехать на Бали без обратного билета, чтобы найти на него ответ.

Про Bali kiss, который все боятся, но мечтают испытать

Сборы заняли полтора месяца. Каким-то магическим образом я успела свернуть все дела в Москве, сдала номер, съехала с квартиры, собрала вещи и улетела.

На этом моменте я бы хотела предупредить, что Бали имеет свою специфику, ведь не зря остров называют магическим. Есть одна особенность, о которой многие приезжающие на остров не подозревают. Мои знакомые назвали это Bali kiss. Это когда ты строишь свои планы, продумываешь отдых, расслабляешься, но остров вносит свои коррективы. Это можно назвать издержками любого отдыха, но спросите тех, кто приезжает на Бали регулярно или живут там, как это работает. Они вам расскажут, как на ровном месте падали с мопедов. Или подворачивали лодыжки, прыгая в бассейн.

Моим Bali kiss стал разыгравшийся цистит, который перерос в почечную инфекцию. Так что с серфингом в холодной воде (в июне температура опускается до 23 градусов и умные люди катаются на серфе в гидрокостюмах, но только не я) пришлось временно завязать. Вместо этого я взяла курс на Убуд на двухдневный фестиваль Ecstatic Dance. С тем, что такое фестиваль, я знакома не понаслышке. Я слушаю техно, так что в моем послужном списке есть и фестиваль электронной музыки Sonar, и двухдневный московский рейв Slowdance, и питерский Present Perfect. Но такого я не видела никогда.

Как и на любом другом музыкальном фестивале, сюда на Ecstatic Dance съезжаются любители потусоваться. В лайнапе были заявлены классные диджеи электронной музыки. Плюс куча воркшопов, в которых проводят занятия йогой, преподают уроки диджеинга и пения, а еще устраивают сеансы саундхилинга. На территории фестиваля не продается алкоголь. От слова «совсем». И приносить с собой его тоже запрещено. Те же правила распространяются и на запрещенные вещества. Здесь все трезвые, а чувства эйфории достигают только лишь с помощью танцев. Самый главный пункт программы, собственно, и есть сеанс самого экстатик-танца. Вы заходите в полутемное помещение, кладете сумки в отдельную кучу, вам завязывают глаза, и вы, как зомби, начинаете по этому помещению бродить и пританцовывать. Тем временем диджей ставит треки в стиле транс и внушает вам мысль о том, чтобы вы скинули наконец весь свой стресс и поймали дзен. Если посмотреть на это действие со стороны, то может показаться, что все присутствующие здесь, как минимум, под кислотой. Но это не так, я писала о жестком запрете на алкоголь и наркотики чуть выше. Состояние экстаза здесь достигается только лишь с помощью музыки и вашей способности расслабиться и раскрепоститься. Гвоздь программы – вечерние танцы под луной вокруг огромного костра. Даже самый закостенелый скептик становится похож на шамана, прыгающего вокруг огня и чувствующего, как дофамин хлещет изо всех щелей.

И таких тусовок на Бали, точнее в Убуде, хоть отбавляй. Все здесь помешаны на чаепитиях, какао-церемониях и танцах под шаманскую музыку. Здесь вообще самая большая концентрация творческих и интересных людей. Многие иностранцы живут здесь десятилетиями, заключают здесь же браки, рожают детей и отправляют их в местные школы. И живут счастливо, потому что, по их словам, они черпают силы из энергии Убуда. Здесь же, кстати, проживают самые знаменитые хиллеры и целители, на прием к которым люди записываются за несколько месяцев.

Про места силы и о том, как это работает

Бали – вообще весь про так называемые места силы. Священные источники Тирта Эмпул исцеляют недуги, воды Эйр Панас Банджар помогают забеременеть. Про Слоновью пещеру Гоа Гаджа говорят следующее: там можно загадывать любые желания, и сбудутся они быстрее, чем вы ожидаете. Как после этого не поверить в то, что остров и правда магический?

Я долго думала, как это работает. И пришла к выводу, что все эти выходы с серфом в открытый океан, прыжки с 15 метров, подъемы на вулканы и окунания в священные воды сильно разгружают уставший мозг. Вас настолько поглощает природа и энергетика острова, что вы волей-неволей начинаете чувствовать себя более раскованно и свободно.

Никаких дедлайнов и деловых встреч, никаких костюмов и бриллиантов. Сумки «Биркин» и лодочки от Маноло Бланик здесь просто не нужны.

Погодные условия диктуют свои правила. В условиях влажного воздуха и постоянной жары все, что вам остается носить на острове, – это шорты и майки. На Бали все как будто бы становятся равны, так как остров освобождает от статусов и привилегий. И от этого всем дышится легче.

Мне хватило месяца для того, чтобы познать эту свободу. И вдруг мне стало тесно. Одна моя подруга называет это состояние островной клаустрофобией. Когда ты находишься в замкнутом пространстве и видишь одних и тех же людей, куда бы ни поехал или ни пошел. Ешь одну и ту же еду. Серфишь на одних и тех же спотах. В какой-то момент мне такая жизнь приелась. Плюс из-за постоянной влажности и местной еды у меня начались проблемы с кожей, которых отродясь не было. Когда целыми днями гоняешь на байке и стоишь в пробках, лицо покрывается плотным слоем пыли, и даже самые мощные умывалки не спасают от прыщей. А еще на Бали, конечно же, нет музеев, выставок, галерей и театров. И я в какой-то момент стала ужасно тосковать по всем этим благам цивилизации. Но решила не сдаваться и, пользуясь случаем, объехать близлежащие страны Юго-Восточной Азии.

Читайте также:
РЖД переведет поезда в обход Украины с 11 декабря 2022 Маршрут проложить

Итак, спустя месяц на Бали я рванула в Таиланд, потом пересекла Вьетнам с юга на север, заглянула в Малайзию и отправилась в Сингапур. Все путешествие заняло у меня ровно три месяца. Все это время я работала удаленно – писала статьи для российских изданий, получала в месяц около 50 тысяч рублей и спускала их на перелеты и хостелы, в основном на побережьях. Количество вещей в моем чемодане cabin size за все это время поуменьшилось вдвое. Одежда промокала и рвалась, временами не отстирывалась. И я просто оставляла ее или отдавала местным жителям, которые с благодарностью ее принимали. Новые вещи я не покупала из принципа, так же, как и косметику. У меня, бьюти-редактора родом из «Татлера», в косметичке лежали солнцезащитный крем, умывалка, увлажняющая сыворотка для лица и тушь. Это была прекрасная бьюти-детокс-терапия, которая научила меня по приезде заново любить и ценить все эти баночки-скляночки. Еще одним условием моего путешествия был полный отказ от алкоголя. Во-первых, на него всегда уходит больше всего денег, а во-вторых, мне хотелось прокачать свою силу воли и яснее ловить те самые инсайты, озарения, которые открывались мне в буддистских храмах и священных водах.

С момента моего приезда прошло три месяца. Ерзая тогда на пластиковом стуле у входа в свой приаэропортовый отель в Куала-Лумпуре, я поняла, что устала. Устала кататься и в каждом новом месте рассказывать свою историю жизни. Устала бороться с прыщами и жирностью кожи. Устала ходить в шортах и майках с постоянным мокрым пучком на голове. Я соскучилась по друзьям и родителям. Но понять, зачем все это было, я смогла, только когда приземлилась в Москве.

Когда я вернулась из путешествия, мне было сложно встроиться в привычный ритм. Да и не хотелось. Я сильно отвыкла от суеты, словила эту восточную медлительность – в общем, чувствовала себя полным слоупоком. И знаете, это было одно из лучших состояний в моей жизни. Я стала наблюдать за тем, как мои друзья гонятся за чем-то призрачным и, по сути, не имеющим особой ценности. Мне всегда было чуждо чувство осуждения, поэтому речь здесь не об этом. Просто я наконец смогла увидеть этот контраст и ответить на тот самый вопрос, с которым отправлялась тогда на Бали.

Что важно для меня на самом деле? Чего я хочу? Оказалось, что больше всего на свете я хотела найти спокойствие и гармонию, состояние, в котором тебя никто не бесит и ничто не выводит из себя.

Для того чтобы это состояние сохранить, я выбрала полный отказ от офиса и осталась на удаленке. А еще стала уделять в разы меньше внимания тусовкам (по сравнению с тем, как это было до отъезда) – уж больно ресурсозатратными оказываются подобные мероприятия. Сейчас с момента моего возвращения прошло три месяца. Я вышла из состояния слоупока, но все же пока не успела подхватить синдром хронической усталости, чему безмерно рада. Но знаю, что, например, у многих моих друзей нет возможности перестать ходить в офис и расписывать свой день по минутам. И прекрасно понимаю, почему они маниакально начинают гуглить билеты на Бали. Им нужна эта доза спокойствия и умиротворения, им необходимо замедлиться хотя бы на пару недель, получить этот допинг и на нем продолжать жить своей привычной жизнью. В этом, пожалуй, острову равных нет.

В этом году на Бали случилось целое паломничество. Туда поехали правда ВСЕ! Даже те, кто плевался, что их лента в «Инстаграме» заполнена фотоотчетами с Бали, все равно в итоге поехали на Бали. Я думаю, все дело в сарафанном радио. В том, что каждый год на остров приезжает все больше людей, потом они возвращаются и рассказывают своим друзьям о той трансформации, которую пережили, и уже в следующем сезоне едут туда все вместе. Сохранит ли остров свою магию, не размоют ли ее туристы, большинство из которых далеки от духовности? На этот вопрос можно будет ответить только спустя какое-то время. Но я твердо верю в то, что те, кто едет за тем, чтобы узнать себя и разобраться со своими мыслями, смогут это сделать. В конце концов, недалеко от Бали есть еще один островок под названием Ломбок. Когда Бали будет перенаселен, ищущие духовности и уединения смогут эмигрировать туда.

Изучение истории американских городов

В последние десятилетия исследование истории иммиграции все более связывается с изучением истории американских городов — главного пристанища иммигрантов. Это направление получило от самого видного своего представителя Ст. Тернстрома название «Новой городской истории» («New Urban History»). Для новой школы характерно изучение малоиспользованных прежде местных статистических и иных источников с помощью количественных методов и историко-социологический тип исследования.

Изучение иммигрантов Нью-Йорка

Одним из предшественников ее можно считать Р. Эрнста, автора книги «Иммигрантская жизнь в Нью-Йорке (1825—1863)». Нью-Йорк — крупнейший иммиграционный порт и крупнейший многонациональный город Америки, и исследование его населения важно для понимания этнических отношений в США. Он неоднократно являлся предметом подобных исследований. Труд Р. Эрнста, в котором проанализирован богатейший экономический и социальный материал, основан главным образом на рукописных таблицах по штату Нью-Йорк. Однако автор не пытается провести четкое классовое разграничение иммигрантов, что иногда обесценивает его анализ.

Иммигрантскому населению того же Ныо-Йорка, только в более поздний период, посвящена книга Н. Глейзера и Д. П. Мойнихена «За плавильным котлом», носящая историко-социологический характер. Авторы выступили в ней против теории «плавильного котла», хотя их точка зрения далеко не подтверждается материалом их книги. Но такая постановка вопроса об ассимиляции сделала книгу чрезвычайно известной и способствовала развитию тенденции культурного плюрализма в историографии иммиграции.

Ближе к методике «новой городской истории» стоит книга Д. Коула «Иммигрантский город». Это исследование истории фабричного новоанглийского города Лоуренса. Автор тщится сделать из своего материала как можно более оптимистические — в американском буржуазном духе — выводы: не так, мол, все обстояло плохо с иммигрантами, как принято писать, не такими были они радикалами, какими слыли; они деятельно американизировались — вплоть до того, что старые иммигрантские группы практиковали национальную дискриминацию по отношению к новым.

Читайте также:
Музей иллюзий в Санкт-Петербурге — восторг и эмоции!

История, преимущественно экономическая, иммигрантов среднезападного города Милуоки проанализирована в книге Г. Нормана «Индустриализация, иммигранты и американизаторы». В числе других местных источников автор использовал беседы со старыми рабочими. Он разбирает социально-этническую структуру Милуоки, бывшего в средние десятилетия XIX в. немецким городом, а потом заселявшегося поляками, венграми, итальянцами и т. д. В книге показано, как возникала в начале XX в. принудительная американизация, развернувшаяся в годы первой мировой войны.

Изучение истории городов штата Массачусетс

Наиболее характерны для «новой городской истории» работы Ст. Тернстрома. Таково его историко-социологическое исследование «Бедность и прогресс» (видимо, перефразировка названия знаменитой книги Генри Джорджа «Прогресс и бедность»). В этой книге изучено рабочее, по большей части ирландское, население массачуссетского промышленного городка Ньюберипорт в XIX и начале XX в. Источниками исследования послужили материалы переписей, городские справочники, налоговые записи и т. д. Автору удалось проследить историю ряда рабочих семей в нескольких поколениях. Выводы, к которым он пришел, позволили ему развенчать весьма распространенные в США взгляды о высокой социальной мобильности в XIX в., весьма родственные мифу о возможности для каждого рабочего разбогатеть, повысить свое положение в обществе и т. п. При этом Тернстром доказывает, что иммигранты имели меньше, чем старожилы, шансов перейти на лучшую работу, что даже дети их обладали в подобных отношениях меньшими возможностями, чем дети янки. Он оттеняет классовое расслоение в среде иммигрантов-ирландцев и роль иммигрантской буржуазии. Тернстром резко полемизирует с известным социологом Уорнером, который в свое время обследовал тот же Ньюберипорт. Он особенно осуждает неисторичность подхода у Уорнера и данное им поверхностное определение класса (которое, кстати сказать, весьма широко распространено в американской литературе).

Социальная мобильность жителей Бостона в связи с их этнической принадлежностью исследуется Тернстромом в статье из сборника «Города XIX века», подготовленного историками и социологами. Та же тема разработана им в книге «Другие бостонцы», где широко применены количественные методы. Тернстром опроверг здесь, в частности, стереотип «этнических гетто» американских городов, основанный главным образом на видимости национальных кварталов с их специфическими ресторанами, лавками, церквами и т. д. В действительности население их обновлялось очень быстро, еще быстрее, чем американское население в целом, географической мобильности которого Тернстром придает большое значение, отмечая, что наибольшая текучесть имелась среди неимущих. При всей важности машинных подсчетов, позволяющих широко использовать массовый материал, их результаты в этой книге далеко не всегда убедительны.

К этому же течению относится по существу труд шведского ученого Ульфа Бейбома «Шведы в Чикаго» — не только по теме, но и по методике исследования. Автором подняты и тщательно проанализированы местные статистические материалы и иные документы, позволяющие прослеживать даже индивидуальные судьбы. Книга имеет историко-социологический, в некоторой степени этностатистический характер. Следует отметить, что автор старается выяснить классовые различия, что при состоянии американской статистики XIX в. нелегко.

Историко-социологическое изучение американских городов дополняется и со стороны экономической географии. Так, в книге Д. Уорда «Города и иммигранты» анализируется обусловленное экономической необходимостью внутреннее расположение городов XIX в., их иммигрантских кварталов и жилищ.

Иммигрантские группы Дальнего Запада

Примечателен нарастающий в последние десятилетия поток литературы об иммигрантских группах Дальнего Запада, особенно Калифорнии. Это далеко не только краеведческое явление. Калифорния, как известно, стала самым населенным из американских штатов, важнейшим центром науки и культуры. Население ее еще со времен золотой лихорадки отличается особой этнической пестротой. И, наконец, азиатская иммиграция сосредоточена преимущественно там.

В известной мере эти черты относятся и к другим штатам Дальнего Запада. Иммигранты европейского происхождения, селившиеся в этой огромной области, прежде изучались относительно мало — иммигрантоведение занималось преимущественно восточными, приатлантическими районами США, да еще Средним, «старым» Западом. Теперь этот пробел заполняется.

О поселении норвежских иммигрантов на Дальнем Западе США, включая Аляску, во второй половине XIX в. повествует в книге «К западу от перевала» исследователь скандинавской иммиграции К. Бйорк. Переселение к Тихому океану норвежских фермеров, живших прежде на Среднем Западе, еще раз показывает, что трудовое фермерство мало могло использовать закон о гомстедах, что землю приходилось ему покупать у владельцев железных дорог и земельных спекулянтов. В книге говорится о грейнджерском и популистском движении среди норвежцев Дальнего Запада, об участии их в рабочем движении. Многие норвежские рабочие в Калифорнии поддерживали так называемую «рабочую партию» Кирни и отстаивали ее антикитайские требования. Главным источником, на котором основана книга Бйорка, являются письма читателей в норвежско-американские газеты.

О переселении в Америку мормонов из Скандинавии, об их жизни в Юте написана работа В. Малдера. Автор ее считает мормонство характерной американской религией, соответствующей по духу социальным и культурным традициям Америки. Ассимиляция иммигрантов совершалась, по его мнению, в Юте быстрее, чем в других районах, в частности потому, что они отказывались от прежней веры и принимали американскую религию — мормонство.

Другой европейской группе на Западе США — итальянцам посвящена книга Э. Ролле. Автор пытается разрушить сложившийся в Америке итальянский стереотип, показать селившихся на Западе итальянцев — в отличие от восточных — преуспевающими, легко ассимилировавшимися и вообще представить их с самой лучшей стороны. В предисловии к книге видный историк Р. Биллингтон охарактеризовал ее как новое толкование истории иммиграции, в таком же духе отозвались о ней некоторые журналы, но сама книга Ролле не оправдала этих характеристик. Ее апологетические — и по отношению к американскому образу жизни, и по отношению к Западу, и по отношению к итальянским иммигрантам — тенденции неубедительны, в теоретическом же отношении она слаба.

Изучение иммигрантов из Азии

Наиболее характерны для иммигрантоведческой литературы о Западе книги, посвященные выходцам из Азии. Эти иммигранты, отличавшиеся от большинства американского населения не только в этническом, но и в расовом отношении, представляют собою особенно интересный и сложный объект изучения, и в последние десятилетия литература о них растет как количественно, так и качественно. На калифорнийском материале написана учеными Дальнего Запада Р. Дэниелсом и Г. Китано историко-социологическая работа «Американский расизм», в которой сделана попытка изучить отношения между расово-этническими группами американского населения исходя из общественного положения этих групп.

Историческая литература о китайских иммигрантах до последних десятилетий не отличалась ни количеством, ни качеством, однако теперь здесь наблюдается перелом. Так, серьезная социолого-историческая работа «Китайцы в США» написана американской исследовательницей Р. X. Ли. В этой книге освещаются демографические черты американо-китайской группы, ее социальная организация и дифференциация, стереотипы и автостереотипы китайцев. Однако изданная двумя годами позже книга С. Куна «Китайцы в американской жизни», полезная как справочник, дающая много демографических таблиц и подробный разбор иммиграционных законов, довольно наивна в научном отношении. Автор считает нужным подчеркивать заслуги американских китайцев, приукрашивает своих героев и извиняющимся тоном отвергает нападки на них. В свои обобщения он включает и материал о китайском населении Гавайских островов, хотя историческая судьба гавайских китайцев сложилась совершенно иначе, чем судьба китайцев на американском материке.

Читайте также:
Шок! Бот поиска аномальных цен на авиабилеты уже в мессенджерах

Другая книга по истории американских китайцев, «Горькая сила» Г. Барта, написана в стиле, свойственном современным иммигрантоведческим трудам, и основана на широком круге источников. Однако она неглубока, в ней постоянно повторяется несколько не всегда убедительно аргументированных мыслей. Американские китайцы, по Барту, стремились только выжить, а не обрести свободу, свобода же для него однозначна приобщению к американскому образу жизни.

Б. Л. Сун уделяет в своей книге об истории китайцев в Америке много внимания китайской семье и культурному приспособлению китайцев к американской жизни. Как и Р. X. Ли, она считает его успешным и весьма желательным.

На более высоком уровне находится интересная работа Дж. Левена, относящаяся к другой географической области. Это история небольшой и малоизвестной, но очень характерной группы американских китайцев, привезенных на Юг в период реконструкции. Их социальная эволюция определялась условиями расовой и классовой системы Юга, которую анализирует автор.

Изучение антикитайских тенденций в США

Две вышедшие в последние годы книги освещают вопрос об антикитайских тенденциях в Америке. В первой из них, «Незваный иммигрант», С. Миллер рисует отношение американцев к китайцам и находит, что оно было отрицательным задолго до китайской иммиграции, на протяжении всего XIX в., если не раньше. Автор другой книги, «Необходимый враг», А. Сэкстон, анализирует расистские тенденции в рабочем движении и сопоставляет китайцев скорее с афроамериканцами, чем с европейскими иммигрантами. Более верный взгляд на китайскую иммиграцию высказывает упоминавшийся уже Р. Дэниелс. Для этого ученого китайцы, как и японцы (а оп занимался по преимуществу проблемами именно японской иммиграции), прежде всего иммигранты, подобно выходцам из Европы. Такой взгляд направлен против, расистских тенденций, подчеркивавших мнимую исключительность выходцев из Азии среди населения США. С этих же позиций написано Дэниелсом исследование об антияпонском движении и дискриминации японцев в Калифорнии. Одна из целей, автора этой книги — вскрыть недостаточно освещавшиеся антидемократические тенденции американской национальной традиции.

Интересно разобран сложный вопрос об антикитайской кампании в США и об отношении к китайским иммигрантам со стороны американских рабочих и социалистических организаций, в опубликованной прогрессивным английским историческим журналом статье Изабеллы Блэк.

Как справедливо отмечает Р. Дэниелс, в литературе об иммигрантах из Азии больше описывались преследования, которым они подвергались, чем их внутренняя жизнь. Из работ, преодолевающих эту односторонность, можно отметить за последние годы переиздание вышедшей впервые в 1932 г. книги Й. Ицихаси «Японцы в Соединенных Штатах», где разобран профессиональный состав японских иммигрантов и обращено особое внимание на их детей.

О потомках японских иммигрантов много говорится и в популярной работе упоминавшегося прежде Г. Китано «Японские американцы». Пользуясь в своем анализе понятием «эткласс», введенным крупным американским социологом М. Гордоном и означающим пересечение этнической группировки с классовым подразделением, Китано вводит в это понятие поправку на поколение и предлагает более сложный термин «eth-gen-class» («gen» —сокращенное «generation» — поколение).

Литература по истории отдельных иммигрантских национальностей

Литература по истории отдельных иммигрантских национальностей обильна и разнообразна. Здесь можно будет остановиться лишь на работах по нескольким национальным группам.

Для исследования американских немцев много сделал К. Виттке. Ему принадлежит работа о политических эмигрантах германской революции 1848—1849 гг., сыгравших значительную роль в политическом и культурном развитии немецкой группы и немалую в американской истории XIX в. Им написаны монографии об отдельных деятелях этой прослойки. Специально изучена им история немецкой прессы в Америке.

Тема эмигрантов 1848 г. привлекала многих авторов. О марксистах — участниках этой эмиграции писал К. Оберман (см. выше). Колумбийский университет выпустил в связи со столетием революции 1848 г. юбилейный сборник о немецкой революционной эмиграции с интересными, хотя и разноценными исследовательскими статьями. М. Л. Хансен, которому принадлежит исследование влияния германской революции 1848 г. на массовую эмиграцию, оставил в области истории американских немцев также работу о попытках организованной аграрной иммиграции из Германии в США.

Известностью пользуется книга английского историка Дж. Хоогуда «Трагедия немецкой Америки», в которой недооценено значение для американских немцев гражданской войны и предшествовавшей ей социальной борьбы и преувеличено влияние на них антииммигрантской травли. Из предвзятых идей автора этой книги вытекает и неубедительное утверждение, будто немцы сопротивлялись ассимиляции сильнее, чем другие иммигрантские группы.

С точки зрения местной истории американских немцев интересна упоминавшаяся выше работа Н. Айверсона о населении Нового Ульма, основанного группой немцев-турнеров. Автор этого труда руководствуется теорией стратификации Макса Вебера. Самый характерный для этой работы исследовательский материал — анкеты.

Среди ряда выходивших на протяжении десятилетий работ об эмиграции из Германии — начальном этапе истории американских немцев — стоит отметить изданную в 1964 г. Гарвардским университетом книгу М. Уокера «Германия и эмиграция». Она охватывает большую часть XIX в. Некоторые мысли М. Уокера вызывают возражения, как например характеристика германской колониальной политики, но в целом книга представляет большой интерес для изучения немецкой иммиграции в Америке, миграционных процессов вообще и, конечно, истории Германии.

Мало изучавшейся до сих пор теме об американских немцах-католиках посвящены публиковавшиеся в последние годы работы Ф. Глисона. Автор рассматривает своих героев как меньшинство — и среди американских немцев и в католической церкви и, наконец, в Америке.

Иммиграция

Феноменальный уровень рождаемости, который в начале XIX века отмечался в Соединенных Штатах (в 1800 году на одну женщину в среднем приходилось семеро детей), после 1815 года начал медленно снижаться, хотя общая численность населения продолжала расти. Достаточно сказать, что в 18201850 годах за каждые десять лет данный показатель увеличивался более чем на 30 % по сравнению с предыдущим десятилетием. И происходило это в основном за счет европейской иммиграции. Приток иммигрантов положительно воздействовал на развитие рыночной экономики, но вызывал справедливые нарекания со стороны «местных» американцев.

Феномен европейской иммиграции в Америку в 18201860 годах можно считать во многих отношениях беспрецедентным. Прежде всего, удивлял масштаб. В 1820-е годы число иммигрантов из Европы составляло106 тыс. человек в год, в 1850-е годы оно достигало уже 2,5 млн. На протяжении 1820-х и 1830-х годов Соединенные Штаты принимали в среднем по 37,5 тыс. человек ежегодно, что составляло 1,54,5 % от общего числа населения. В течение 1840-х и 1850-х годов это количество увеличилось до 200 тыс. ежегодно (т. е. уже 10 % от общего количества). К 1860 году – при населении в 31 млн человек – каждый восьмой американец родился за пределами страны.

Читайте также:
Крупные города Китая по количеству населения: полный список миллионников

Вторая особенность касалась происхождения иммигрантов. Эти люди в подавляющем большинстве не имели отношения к англичанам. Почти половина из них являлась ирландцами (основная масса иммигрантов покинула Ирландию во время знаменитого «картофельного голода» 1845–1849 годов). Вторую по величине группу составляли немцы. Различия в языке и стиле жизни, в манере одеваться и питаться, разное политическое прошлое – все это, конечно, разъединяло вновь прибывших американских граждан. Однако наиболее важные противоречия – по крайней мере, для ирландцев (почти всех) и доброй половины немцев – были связаны с различным вероисповеданием. Для большинства американских протестантов экспортированный католицизм представлял собой не просто диковинку, а настоящий камень преткновения. Многие протестанты полагали, что римско-католическая церковь стремится извратить Священное Писание, погубить христианство и поработить души истинно верующих. Со своей стороны, католики, воспитанные в духе безусловного подчинения папскому престолу, обнаруживали печальный недостаток навыков, необходимых для жизни в республиканском обществе. И все же, несмотря на все неудобства, католиков приезжало в Америку так много, что к 1860 году их вероисповедание стало крупнейшим в стране по числу приверженцев.

Иммигранты, прибывшие после 1820 года, резко отличались и в экономическом плане от остального населения: никогда еще в Америке не видели таких нищих и обездоленных людей. В особенности это относилось к ирландцам. Готовые за мизерную плату выполнять черную работу по дому, в мастерских, на фабриках и заводах, они в значительной степени способствовали разрешению проблемы дефицита рабочей силы. Однако то, что послужило к пользе нанимателей, вызывало острое раздражение у остальных рабочих.

Интересна также география расселения иммигрантов последней волны. Девять из десяти вновь прибывших предпочитали оседать на Севере, поскольку справедливо считали, что здесь у них больше шансов пробиться, чем на рабовладельческом Юге. К 1860 году каждый пятый житель юго-восточных штатов не являлся урожденным американцем. Взять, к примеру, тех же ирландских иммигрантов: прибывая в Америку практически без средств, они, естественно, не могли приобрести себе участок на Западе и стать свободными фермерами. Чаще всего у них даже не было денег, чтобы переехать в соседний штат. Поэтому почти все приезжие ирландцы оставались жить там, где впервые ступали на американскую землю, то есть в портовых городах Восточного побережья. В результате, скажем, в Бостоне или Нью-Йорке более половины всех жителей были ирландского происхождения.

Итак, можно смело утверждать: европейская иммиграция в Америку в первой половине XIX века по всем параметрам – и в количественном, и, так сказать, в качественном отношении (имеется в виду происхождение иммигрантов, их экономический статус и зона расселения) – являлась уникальным явлением. Эти многочисленные переселенцы из Европы вкупе с индейцами, испанцами, китайцами и чернокожими навсегда изменили лицо американского общества, создав то, что Уолт Уитмен называл «нацией наций».

Читайте также

Иммиграция

Иммиграция Наибольший интерес для партийных лидеров представляла особая прослойка городского населения – самая бесправная и в силу этого самая уязвимая, – которая тем не менее сыграла решающую роль в формировании нового лица страны. Мы уже отмечали, что в конце XIX –

Иммиграция как угроза для Соединенных Штатов

Иммиграция как угроза для Соединенных Штатов И все же доктрина Клана в одном из пунктов совпадала с мнением большинства. Это касалось иммиграции. По правде сказать, всегда находились американцы, требующие строго регламентировать въезд иностранцев на территорию страны.

Глава II Культурный и религиозный кризис в Римской империи, Иммиграция варваров. Перенесение столицы в Константинополь

Глава II Культурный и религиозный кризис в Римской империи, Иммиграция варваров. Перенесение столицы в Константинополь Когда Константин Великий избирал незначительную в то время Византию своей столицей, этим актом он решил также вопрос об отделении Запада от Востока; в

Глава V Церковная и государственная политика в конце IV в. Феодосий Великий. Дело о жертвеннике Победы, Иммиграция варваров. Принятие их на службу империи

Глава V Церковная и государственная политика в конце IV в. Феодосий Великий. Дело о жертвеннике Победы, Иммиграция варваров. Принятие их на службу империи Кратковременное царствование Юлиана прошло как страшный ураган, мало затронув Запад. Существенного вреда

Глава X Ближайшие преемники Юстиниана, Славянская иммиграция в пределы империи. Война с Персией

Глава X Ближайшие преемники Юстиниана, Славянская иммиграция в пределы империи. Война с Персией Ближайшие за временем Юстиниана царствования, при всей вялости, бесцветности их и недостаточности сознания потребностей времени у самих правителей, случайно достигавших

Ислам и иммиграция

Ислам и иммиграция В 1313 г. в Золотом Шатре, в ставке Орды, что в столице ее городе Новый Сарай, он же Сарай-Берке, воссел великий хан Узбек. Шатер был юртой из обычного войлока, но огромной и высокой, вмещавшей сотни человек. А вызолочены были все деревянные части: дверь с

Иммиграция

Иммиграция Иммиграция, особенно из бывших колоний, изменила этнический состав многих континентальных обществ. В Британию иммигранты прибывали по большей части из Европы: ирландцы после Великого голода в 1847— 1848 гг., русские и польские евреи с 1880-х гг. и до принятия акта об

Глава II Культурный и религиозный кризис в Римской империи. Иммиграция варваров. Перенесение столицы в Константинополь

Глава II Культурный и религиозный кризис в Римской империи. Иммиграция варваров. Перенесение столицы в Константинополь Когда Константин Великий избирал незначительную в то время Византию своей столицей, этим актом он решил также вопрос об отделении Запада от Востока; в

Глава V Церковная и государственная политика в конце IV в. Феодосий Великий. Дело о жертвеннике Победы. Иммиграция варваров. Принятие их на службу империи

Глава V Церковная и государственная политика в конце IV в. Феодосий Великий. Дело о жертвеннике Победы. Иммиграция варваров. Принятие их на службу империи Кратковременное царствование Юлиана прошло как страшный ураган, мало затронув Запад. Существенного вреда

Глава X Ближайшие преемники Юстиниана. Славянская иммиграция в пределы империи. Война с Персией

Глава X Ближайшие преемники Юстиниана. Славянская иммиграция в пределы империи. Война с Персией Ближайшие за временем Юстиниана царствования, при всей вялости, бесцветности их и недостаточности сознания потребностей времени у самих правителей, случайно достигавших

Иммиграция

Иммиграция Одновременно с развитием политической жизни шли и другие процессы, несомненно способствовавшие прогрессу страны, улучшению качества жизни граждан и рациональному использованию человеческих и естественных ресурсов. Одним из таких процессов стала

Иммиграция, образование и мир

Иммиграция, образование и мир Итак, можно сказать, что в государственной политике консервативного режима обозначилось три направления. Во-первых, иммиграция — в полном соответствии с мировоззрением Альберди, выступавшего, как мы уже сказали, за ее поощрение. Альберди

Читайте также:
Автобус 657 Как С Добром Добраться!

23. НЕЛЕГАЛЬНАЯ ИММИГРАЦИЯ

23. НЕЛЕГАЛЬНАЯ ИММИГРАЦИЯ Никто в точности не знает, сколько нелегальных иммигрантов было тайком переброшено в Палестину до начала и в ходе второй мировой войны. Иегуда Бауэр считает, что в1936–1939 гг. в страну въехало примерно 15 тыс. нелегальных иммигрантов1. Он включает в

Иммиграция из России

Иммиграция из России Останавливаясь на мысе Доброй Надежды с начала XIX столетия, моряки первых российских кораблей встречали то одного, то другого россиянина — забрасывали их туда сплетения судеб. Есть даже сведения, что один из «птенцов гнезда Петрова», оказавшись в

Иммиграция и «научная реформа» филантропии

Иммиграция и «научная реформа» филантропии Расизм, вспыхнувший не только на Юге, но и на Севере, оказался лишь частью более обширной реакции белого населения на глубокие перемены в жизни Америки в десятилетия между окончанием двух войн – Гражданской и Первой мировой.

Капитализм и иммиграция рабочих

Капитализм и иммиграция рабочих Капитализм создал особый вид переселения народов. Быстро развивающиеся в промышленном отношении страны, вводя больше машин, вытесняя отсталые страны с мирового рынка, поднимают заработную плату выше среднего и привлекают наемных

Иммиграция в США: от колониального периода до наших дней

Колониальный период

Наиболее длительной по времени волной миграции в США был период освоения новых земель. Эпоха колонизации Нового света началась в середине 17-го века и длилась вплоть до войны за независимость. Основными странами – донорами мигрантов были Великобритания со всеми своими землями (Ирландией, Шотландией, Англией и Уэльсом), страны Северной Европы (Швеция, Дания, Нидерланды), Германия, Франция. Мигранты из разных стран предпочитали размещаться в разных колониях, которые впоследствии стали отдельными штатами.

Причинами, побуждавшими первых переселенцев в США покидать свою родину и уезжать за океан, были разные ситуации экономического, политического, социального и религиозного характера. В Западной Европе продолжалась промышленная революция, породившая масштабные миграционные процессы. Кроме того, религиозные притеснения протестантов и гугенотов также способствовали их желанию переехать подальше от плохой жизни.

Первые мигранты занимались земледелием, будучи наемными работниками. Впоследствии им удавалось получить небольшой надел земли и заниматься своим делом. Несмотря на очень тяжелые условия работы , их жизнь можно было считать более успешной, чем на родине.

Массовый период миграции

Несмотря на большую длительность колониального периода миграции, численность новоприбывших была не очень большой. Массовой волной миграции считается вторая, которая продолжалась с начала 19-го века до конца столетия. За этот период в США приехали более 15 миллионов новых жителей из разных стран Европы.

Иммиграция того периода характеризовалась большим ареалом стран-доноров. В первую очередь это Ирландия и Германия (вернее, земли, которые впоследствии станут Германией), Швеция, Польша, Франция, Италия, Англия. Кроме того, в южные штаты хлынул поток мексиканцев, а в северные начали перебираться канадцы. В середине 19-го века Америку открыли для себя китайцы, сформировав первую волну иммиграции.

Переселенцы того периода занимались сельским хозяйством, активно продвигаясь на запад континента и осваивая новые земли. Часть иммигрантов останавливалась в стремительно растущих городах — Нью-Йорке, Бостоне, Филадельфии и других.

Основными причинами второй волны иммиграции в США можно назвать активное освоение Среднего Запада и открытие порта в Нью-Йорке. Кроме того, США переживали экономический подъем: бурное развитие промышленности требовало новых рабочих. С другой стороны, в Европе, только отошедшей от наполеоновских войн, появилась масса молодых людей, ищущих свое место в жизни. При этом стремительная индустриализация и переход сельского хозяйства на другие принципы не требовали большого количества рабочей силы. Естественно, что молодое государство за океаном манило многих своими возможностями.

Характерным является расселение новых жителей компактными группами. Средний Запад, ставший к середине 19-го столетия самым плодородным регионом мира, стал новым домом для целых общин из Дании, Норвегии, Швеции, Богемии и Германии. Кстати, в этот период появились первые признаки недовольства и даже враждебности со стороны старожилов к иммигрантам. Причина такого отношения связана с религией — иммигранты-католики из Ирландии вызвали недовольство протестантов, составлявших на тот период большинство населения США.

Еще одним негативным фактором того времени было резкое неприятие китайцев, также устремившихся в Соединенные Штаты в поисках счастья. Впервые для США был принят закон «Об исключении китайцев» в 1882 году. Это была политика ограничения.

Третий период иммиграции в США

Очередная волна миграции в США началась вскоре после Гражданской войны и продолжалась до Великой американской депрессии. Эта волна характеризуется новыми источниками миграции, а также постоянным совершенствованием средств перемещения через океаны. Мощные и вместительные пароходы перевозили мигрантов в большем количестве и за меньшее время, чем старинные парусники.

Источниками миграции того периода были страны Южной и Восточной Европы: Италия, Греция, Румыния, Венгрия, Польша и другие. Волна индустриализации добралась и сюда, что породило такую же необходимость в поисках рабочих мест для огромного количества людей. За указанный период из Европы в США переехало свыше 25 миллионов человек, что стало самой масштабной волной миграции с момента колонизации Америки. Этот период характеризуется волной миграции из России, растерзанной Гражданской войной и предшествовавшей сменой политического строя.

Отличием данной волны миграции от предыдущей является тот факт, что вся масса людей оседала в городах, став основной рабочей силой для зарождавшихся отраслей промышленности — автомобильной, сталелитейной, химической и так далее. Именно эти люди стали причиной экономического подъема США и становления государства в качестве промышленного гегемона.

Эта волна иммигрантов также столкнулась с негативным к себе отношением со стороны людей, живших здесь несколько поколений. Причем ксенофобия стала организованной, была создана Лига за ограничение иммиграции в США. Такой ограничительный закон был принят в 1921 году под названием «Закон о национальном происхождении». Была ограничена общая численность иммигрантов, а также введены ограничения по национальному признаку. В привилегированном положении оказались выходцы из стран Северной и Западной Европы, а под запретом — жители Азии и Южной Европы.

Последняя эпоха иммиграции

Принятый в 1920-е годы закон об ограничении иммиграции не распространялся на страны Западного полушария. Вплоть до 1965 года иммигранты из стран Карибского бассейна, Мексики, других стран Южной Америки успели буквально наводнить некоторые штаты . Кроме того, знаковыми были волны миграции евреев из предвоенной Германии, венгров после событий 1956 года, кубинцев с залитого кровью острова. Но при этом закон об ограничении иммиграции действовал, обрастая ужесточающими поправками.

В 1965 году наступил большой перелом в законодательстве об иммиграции. Закон Харта – Селлера полностью менял принципы квотирования по национальному признаку. Квоты были заменены на категории по семейному или родственному признакам, а также по профессиональным навыкам. США приветствовали иммигрантов, имевших навыки в необходимых профессиях. Кроме того, приоритет получили иммигранты, имевшие родственников в США.

Изначально при помощи этого закона удалось изменить вектор иммиграции в сторону европейских стран, но впоследствии жители Кореи, Индии и других азиатских государств буквально хлынули в США. К новому тысячелетию объем иммиграции достиг уровня 1900 года. Таким образом иммигранты снова стали основной силой, формирующей нацию.

Читайте также:
Более 360000 мигрантов потеряли право приезжать в Россию

Выходцы из СССР и России в течение 20-го века постоянно пополняли число жителей США. Советский период ознаменовался массовым выездом интеллигенции, после распада СССР в США хлынул большой поток людей, покинувших родину в поисках лучшей жизни.

Начало 21-го века характеризуется дебатами в обществе о принятии законов, ужесточающих иммиграцию. Американцы видят в новых жителях угрозу для своего уклада и образа жизни, неприятие своих правил и знаменитой американской мечты .

Существует и противоположное мнение — о положительном влиянии иммиграции на развитие американской экономики и общества в целом.

В настоящее время тройка стран – лидеров по количеству мигрантов в США выглядит следующим образом: Мексика, Китай, Индия. Всего мигранты составляют 13% от общего числа жителей Соединенных Штатов.

КАК ИММИГРАНТЫ ПОПОЛНЯЮТ ОБЩЕСТВО — ИММИГРАЦИЯ И ИСТОРИЯ США

Десятки миллионов иммигрантов за четыре столетия сформировали современные Соединенные Штаты. Они приехали, чтобы строить новую жизнь и зарабатывать в Новом Свет, их нелегкий труд принес пользу им самим и их новой родине.
Хейша Дайнер (Hasia Diner) — профессор истории в Нью-Йоркском университете в городе Нью-Йорке

Миллионы женщин и мужчин со всего мира решились иммигрировать в Соединенные Штаты. Этот факт — одна из основ развития страны и залог процесса, обладающего принципиальным значением для истоков формирования нации: ее становления в качестве нового и независимого государства и последующего превращения из атлантического форпоста в мировую державу. В первую очередь, это относится к экономическому росту страны. Соединенные Штаты Америки созданы иммигрантами.
Подобно многим другим обществам переселенцев, Соединенные Штаты, как до обретения независимости, так и после него, полагались на поток прибывающих из других стран, которые осваивали ее открытые незаселенные земли. Эту историческую действительность США разделили с Канадой, ЮАР, Австралией, Новой Зеландией, Аргентиной и другими странами.
Имперские державы, претендовавшие на свободные земли, обладали доступом к двум из трех элементов, которые необходимы для достижения их главной цели — добычи природных ресурсов в колониях. В их распоряжении были земля и капитал. Однако не хватало людей, которые занимались бы сельским хозяйством, лесозаготовками, добычей полезных ископаемых, охотой и так далее. Управляющие колониями с большим или меньшим успехом пытались воспользоваться местной рабочей силой и поощряли торговлю африканскими рабами, вследствие которой миллионы мигрантов против своей воли оказались в Новом Свете.
Однако иммиграция сыграла решающую роль не только в создании возможностей для развития Америки, но и в формировании основ ее общественного строя. Историю США можно условно поделить на пять отдельных периодов. В течение этих периодов наблюдались разные темпы миграции из совершенно разных уголков мира. Каждый из них во многом стал отражением особенностей американского общества и экономики и одновременно оставил на них свой отпечаток.

ПЕРЕСЕЛЕНЦЫ В НОВОМ СВЕТЕ
Первая и самая продолжительная эпоха продлилась с 17-го века до начала 19-го столетия. Иммигранты прибывали из разных мест, в том числе из германского Пфальца, из Франции (протестанты-гугеноты) и из Нидерландов. Среди иммигрантов были иудеи из Нидерландов и из Польши, однако большинство иммигрантов той поры были родом с Британских островов, причем англичане, шотландцы, валлийцы и ирландцы из Ольстера тяготели к разным колониям (позднее ставшим штатами) и регионам.
Эти иммигранты, которых обычно называют переселенцами, в основном, предпочитали заниматься земледелием: обещание дешевой земли было важным стимулом для обедневших выходцев из северной и западной Европы, которые не могли воспользоваться плодами модернизации экономики у себя на родине. Особого внимания заслуживает отдельная группа иммигрантов, поскольку их опыт во многом проливает свет на движущие силы иммиграции. В ту эпоху многие переселенцы прибывали в Америку в качестве подневольных работников. Они заключали договоры с работодателями, в которых определялись время и условия труда в качестве платы за переезд в Новый Свет. Хотя условия работы были очень суровыми, в результате своего труда подневольные работники получали в собственность небольшие земельные наделы, которые они могли обрабатывать, став независимыми фермерами-йоменами.

МАССОВАЯ МИГРАЦИЯ
Число людей, приехавших в эту давнюю эпоху, было относительно небольшим. Однако к 20-м годам 19-го века ситуация изменилась. Этот период стал первой эпохой массовой миграции населения. Со второго десятилетия до 1880-х годов в Соединенные Штаты прибыло около 15 миллионов иммигрантов. Многие предпочли заняться сельским хозяйством на Среднем Западе и Северо-востоке, другие направлялись в такие города, как Нью-Йорк, Филадельфия, Бостон и Балтимор.
Этот переходный период обусловлен факторами, которые действовали как в Европе, так и в Соединенных Штатах. После окончания наполеоновских войн в Европе молодые люди оказались свободными от военной службы. Это позволяло им вернуться на родину, в то время как индустриализация и сельскохозяйственная консолидация в Англии, Скандинавии и странах центральной Европы преобразили отечественную экономику. В результате образовался класс молодых людей, которые при новом строе не могли заработать себе на жизнь. Спрос на труд иммигрантов возрос в связи с двумя важными тенденциями в США: заселением американского Среднего Запада после открытия канала Эри в 1825 году и связанным с ним становлением порта в Нью-Йорке, а также началом промышленного развития в Соединенных Штатах, особенно текстильной отрасли, центр которой находился в Новой Англии.
Иммигранты, как правило, группировались в определенных городах и регионах. Американский Средний Запад, ставший в середине 19-го века одним из самых плодородных сельскохозяйственных регионов мира, привлек сплоченные и относительно однородные общины иммигрантов из Швеции, Норвегии, Дании, Богемии и различных территорий, которые в 1871 году стали единой Германией.
В эту эпоху произошел первый крупномасштабный приток иммигрантов-католиков в преимущественно протестантские Соединенные Штаты. Эти люди — в основном, ирландцы — вызвали первую в истории страны серьезную волну враждебного отношения к иммигрантам, которая сочетала в себе неприятие иммигрантов в целом с боязнью католицизма и ирландцев. В десятилетия, предшествовавшие Гражданской войне в США (1861-1865), теория превосходства граждан, родившихся в стране, над иммигрантами привела к возникновению мощного политического движения и даже политической партии «незнаек», которые сделали опорными пунктами своей платформы негативное отношение к иммиграции и католичеству. В этот период на американский Запад также прибыли немногочисленные китайцы. Американцы, родившиеся в стране, бурно и отрицательно реагировали на их приезд, что привело к принятию единственного иммиграционного закона США, в котором конкретная группа людей была названа главным объектом ограничительной политики — «Закона об исключении китайцев» 1882 года.

ВОЛНА СТАНОВИТСЯ НАВОДНЕНИЕМ
В десятилетия после Гражданской войны с появлением новых источников иммиграции стали совершенствоваться средства для путешествий через океан. Если прежние иммигранты прибывали в Соединенные Штаты на парусниках, то нововведения в пароходном сообщении позволили более крупным морским судам привозить в США больше иммигрантов. В ту эпоху иммигранты прибывали, как правило, из южной и восточной Европы — регионов, которые в конце 19-го и начале 20-го веков претерпевали такие же экономические преобразования, какие ранее произошли в западной и северной Европа.
Как и среди иммигрантов прежнего периода, среди новых прибывающих в Америку преобладала молодежь. Эту миграционную волну, ставшую третей в истории иммиграции в США, скорее можно назвать наводнением иммигрантов, так как океан пересекли почти 25 миллионов европейцев. Большинство этих мигрантов составляли итальянцы, греки, венгры, поляки и другие люди, говорившие на славянских языках. Среди них было от 2,5 до 3 миллионов евреев.
Каждая группа отличалась характерными миграционными особенностями по соотношению между мужчинами и женщинами среди мигрантов, постоянству своей миграции, уровню грамотности, количеству взрослых и детей и т.п. Но у всех групп была одна общая характеристика: они стекались в города и составляли большинство промышленной рабочей силы в США, обеспечивавшее становление сталелитейной, угольной, автомобильной, текстильной и швейной промышленности. Эти люди дали возможность Соединенным Штатам оказаться в первых рядах мировых экономических гигантов.
Их тяга к городам, большая численность и достаточно элементарная, свойственная людям антипатия к иностранцам привели к возникновению второй волны организованной ксенофобии. К 1890-м годам многие американцы, особенно из числа зажиточных белых местных уроженцев, считали, что иммиграция серьезно угрожает здоровью и безопасности страны. В 1893 году группа таких американцев создала Лигу за ограничение иммиграции. Наряду с другими аналогично настроенными организациями, она начала добиваться от Конгресса резкого сокращения иммиграции из-за рубежа.

Читайте также:
Где остановиться в Кракове на машине? ТОП вариантов с парковкой

ПРИНЯТИЕ ЗАКОНОВ ОБ ИММИГРАЦИИ
Ограничение постепенно продолжалось в конце 19-го и начале 20-го веков, сразу после Первой мировой войны (1914-1918) и в начале 1920-х годов Конгресс изменил основы политики страны в отношении иммиграции. В принятом в 1921 году Законе о национальном происхождении (в окончательной форме утвержденном в 1924 году) не только ограничивалось число иммигрантов, которые могли въезжать в Соединенные Штаты, но и устанавливались квоты, основанные на национальном происхождении. Этот сложный законодательный акт, по существу, отдавал предпочтение иммигрантам из северной и западной Европы, резко ограничивая число прибывающих из восточной и южной Европы и объявляя нецелесообразным прием иммигрантов из Азии в Соединенных Штатах.
Однако квоты не распространялись на Западное полушарие, и в 1920-е годы наступила предпоследняя эпоха в истории американской иммиграции. Иммигранты довольно свободно переезжали из Мексики, Карибского бассейна (включая Ямайку, Барбадос и Гаити) и других частей Центральной и Южной Америки. Эта эпоха, на которой отразилось применение закона 1924 года, продолжалась до 1965 года. На протяжении этих сорока лет Соединенные Штаты начали постепенно принимать ограниченное количество беженцев. Еврейские беженцы из нацистской Германии перед Второй мировой войной, те, кто пережил Холокост, перемещенные лица разных национальностей, бежавшие от коммунистического правления в Восточной Европе, венгры, искавшие убежища после неудавшегося восстания в 1956 году, и кубинцы после революции 1960 года смогли найти себе пристанище в Соединенных Штатах, потому что американцы не могли оставаться равнодушными к их тяжелой участи. Однако основной закон об иммиграции оставался в силе.

ЗАКОН ХАРТА-СЕЛЛЕРА
Все изменилось в 1965 году с принятием Закона Харта-Селлера — побочного продукта революции в области гражданских прав и жемчужины среди программ президента Линдона Джонсона «Великое общество». Эта мера не предназначалась для стимулирования иммиграции из Азии, с Ближнего Востока, из Африки и других развивающихся регионов мира. Напротив, отказавшись от системы квот по расовому признаку, ее авторы рассчитывали на то, что иммигранты будут приезжать из «традиционных» обществ, присылавших их ранее, таких, как Италия, Греция и Польша. Жители этих стран испытывали затруднения в связи с очень низкими квотами по закону 1924 года. В новом законе квоты были заменены льготными категориями, основанными на семейных связях и трудовых навыках. При этом особое предпочтение отдавалось иммигрантам, имеющим родственников в Соединенных Штатах, и профессиям, в которых остро нуждалась страна по оценкам Министерства труда США. Но после 1970 года, вслед за первоначальным притоком из этих стран, иммигранты начали прибывать из Кореи, Китая, Индии, Филиппин и Пакистана, а также из стран Африки. К 2000 году иммиграция в США достигла уровня 1900 года, и Соединенные Штаты вновь стали страной, которая формируется и преобразуется под воздействием иммиграции.
В начале 21-го века американское общество снова втянулось в дебаты об иммиграции и роли иммигрантов в американском обществе. Кому-то новые иммигранты кажутся неготовыми или неспособными к ассимиляции в американском обществе, уделяющими слишком большое внимание сохранению своих связей в других странах и чересчур далекими от основных американских ценностей. Как и в прошлом, некоторые критики современных иммигрантов полагают, что приезжие отбирают рабочие места у американцев и создают чрезмерную нагрузку на системы образования, социального обеспечения и здравоохранения. Многие участники дебатов считают, что многочисленные нелегальные иммигранты (лица без официальных документов) угрожают основам общественной структуры в стране. Они полагают, что каждая новая волна иммигрантов вселяла в американцев, в том числе в детей и внуков прежних иммигрантов, страх, подозрительность и обеспокоенность. При этом многие ошибочно утверждают, что новая группа прибывающих в страну каким-то образом не впишется в общество и сохранит приверженность старому и чуждому образу жизни. В свою очередь, сторонники иммиграции и большинство специалистов по истории иммиграции утверждают, что иммигранты обогащают Соединенные Штаты, оказывая ценные услуги стране.
Во все периоды истории США, от колониальных времен 17-го столетия до начала 21-го века, прибывавшие со всего мира люди останавливали свой выбор на американском опыте. Они приезжали как иностранцы, носители языков, культур и религий, которые порой казались чуждыми сути Америки. Со временем, по мере того как менялись представления об американской культуре, иммигранты и их потомки создавали этнические общины и одновременно участвовали в гражданской жизни Америки, внося вклад в жизнь всей страны.

‘Ворота в Америку’: как миллионы иммигрантов попали в США через остров Эллис

Шестьдесят пять лет назад, 12 ноября 1954 года, норвежский торговый моряк по имени Арне Петерссен стал последним иммигрантом, прошедшим через остров Эллис. Позже в том же месяце паром «Эллис-Айленд» окончательно остановился на острове в гавани Нью-Йорка, и иммиграционный порт навсегда закрылся, закончив свою деятельность в качестве ворот в Соединенные Штаты для поколений иммигрантов.

В наши дни остров Эллис является национальным символом, но пока он находился на активной службе, станция отражала сложные отношения страны с иммиграцией, которые превратились из случайной открытости в жесткие ограничения. «Это было не очень гостеприимное место для иммигрантов, но это не было и местом ужасов», – говорит Винсент Каннато, автор книги «Американский пассаж: История острова Эллис». Об этом пишет National Geographic.

Читайте также:
Частный сектор в Лоо, цены на жилье и отели у моря

До конца 19-го века отдельные штаты имели свои иммиграционные правила. Но затем уровень иммиграции взлетел. «С 1880 по 1889 год это было просто массово, – говорит Барри Морено, библиотекарь и историк в Национальном памятнике Статуи Свободы и автор Энциклопедии острова Эллис. – Никогда прежде страна не получала такого количества иммигрантов». В свете наплыва федеральное правительство в 1891 году решило, что оно должно взять на себя управление.

Нью-Йорк был эпицентром иммиграции. По словам Каннато, около 75 процентов пароходного сообщения страны приходилось на Нью-Йоркскую гавань, а также 75 процентов иммигрантов в стране. Штат Нью-Йорк управлял иммиграционным центром Castle Gardens на окраине Манхэттена, но новое федеральное управление иммиграции хотело, чтобы пункт приема и проверки находился в более контролируемом месте. Оно выбрало остров Эллис, участок земли площадью три акра (1,21 га) в гавани между Нью-Йорком и Нью-Джерси, но прежде чем он смог открыть остров, его пришлось удвоить по размеру.

Демография иммиграции радикально изменилась за десятилетия до открытия острова Эллис. Ранее большинство иммигрантов приезжали из западной и северной Европы и были преимущественно протестантами, после гражданской войны люди стали приезжать из России, Восточной Европы и Италии – и они были евреями и католиками, которые спасались от погромов и нищеты.

Некоторые американцы задавались вопросом, как приток иммигрантов повлияет на характер страны. «Это были неизвестные страны для многих людей», – говорит Морено.

Тем не менее, в первые десятилетия федерального контроля было мало ограничений в отношении того, кто может въезжать в страну. Правительство США ясно дало понять, что они не будут приветствовать анархистов, многоженцев, преступников или кого-либо, кто болен. В то же время, однако, не требовалось ни виз, ни паспортов, ни каких-либо других документов, и не было ограничений на количество людей, которые могли бы въехать в страну.

Иммигранты, которые в конечном итоге прошли через остров Эллис, начали свое путешествие, купив билет на пароход, обычно плывущий из Европы. Пароходным компаниям было рекомендовано тщательно проверять пассажиров, чтобы обеспечить их здоровье и финансовую состоятельность: в противном случае они были бы оштрафованы на 100 долларов за каждого человека, которому было отказано во въезде в США, и должны были заплатить за обратный рейс иммигранта, которому отказали во въезде.

Корабли, прибивающие в нью-йоркскую гавань, встречала небольшая лодка с острова Эллис с инспекторами по иммиграции, которые поднимались на борт, быстро осматривали пассажиров первого и второго класса, многие из которых не были иммигрантами. Пассажирам, которые не проявляли явных признаков заболеваний было разрешено сойти на берег, когда судно пристанет к одному из пирсов города.

Все пассажиры третьего класса и рулевые отправлялись на пароме на остров Эллис, где женщины и дети ставали в одной линию, а мужчины – в другую.

«У большинства из иммигрантов не было проблем с медицинским осмотром, – говорит Морено, – хотя они были напуганы». Многие из иммигрантов никогда раньше не были у врача.

Если заболевание было обнаружено, одежда этого человека помечалась мелом, и они помещались в так называемую «ручку врача», где они были бы заключены до тех пор, пока не подвергались более тщательному обследованию.

После того, как эта «ручка» была пройдена, иммигранты поднимались наверх, где их ожидала группа инспекторов. Иммигранты носили ярлыки с названием корабля, на котором они проплыли, и номером страницы, где они числились в списке. Инспекторы проверяли иммигрантов, чтобы удостовериться, что информация в манифесте – включая их расу и наличие денег – соответствует их ответам. Если все совпадало иммигранты могли свободно идти.

В период с 1892 по 1924 год 12 миллионов человек успешно прошли эту высокоэффективную иммиграционную систему конвейерной ленты. Большинство иммигрантов пропускались через остров Эллис в течение нескольких часов, и только 2 процента прибывших на остров были лишены возможности въезда в Соединенные Штаты.

Но эта эпоха массовой иммиграции закончилась принятием в 1921 и 1924 годах новых законов, которые жестко ограничивали иммиграцию, устанавливая квоты для отдельных стран и требуя, чтобы иммигранты получали визы в американских консульствах. Квоты были разработаны с учетом этнических различий, зарегистрированных в ходе более ранних переписей в США, как способ ограничения численности населения из южной и восточной Европы.

Так как большинство официальных проверок иммиграции в настоящее время происходит в консульствах США за рубежом, остров Эллис становится все более неактуальным.

Сегодня многие иммигранты прибывают на самолете с визой, уже проставленной в паспорте. Между тем, согласно одной из оценок, потомки людей, прибывших на остров Эллис, составляют почти половину всех американских граждан, живущих сегодня.

«Людям понадобилось несколько поколений, чтобы их приняли, – говорит Фонер. – В некотором смысле, это обнадеживающая история».

Читайте также на ForumDaily:

stdClass Object ( [term_id] => 1 [name] => Разное [taxonomy] => category [slug] => no_theme )

stdClass Object ( [term_id] => 268 [name] => история [taxonomy] => post_tag [slug] => istoriya )

stdClass Object ( [term_id] => 7219 [name] => остров Эллис [taxonomy] => post_tag [slug] => ostrov-ellis )

stdClass Object ( [term_id] => 10123 [name] => иммиграция в США [taxonomy] => post_tag [slug] => immigraciya-v-ssha )

stdClass Object ( [term_id] => 13992 [name] => Ликбез [taxonomy] => category [slug] => poleznaja-informatsija )

Давайте вместе противостоять кризису и поддерживать друг друга

Спасибо, что остаетесь с нами и доверяете! За последние 5 лет мы получили массу благодарных отзывов от читателей, которым наши материалы помогли устроить жизнь после переезда в США. У нас большие планы, мы не хотим останавливаться или замедлять темп работы. Даже сейчас…

Пандемия COVID-19 негативно повлияла на наши доходы, и чтобы продолжать оставаться на плаву, мы вынуждены просить ВАС о поддержке. Мы будем благодарны за любую сумму и приложим максимум усилий, чтобы продолжать так же оперативно публиковать новости и много полезной информации.

Спасибо, что вы с нами!

Всегда ваш, ForumDaily!

Безопасность взносов гарантируется использованием надежно защищенной системы Stripe.

Хотите больше важных и интересных новостей о жизни в США и иммиграции в Америку? Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook. Выбирайте опцию “Приоритет в показе” – и читайте нас первыми. Кроме того, не забудьте оформить подписку на наш канал в Telegram – там много интересного. И присоединяйтесь к тысячам читателей ForumDaily Woman и ForumDaily New York – там вас ждет масса интересной и позитивной информации.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: