Так выглядят девушки в Кении (фото)

Коса – африканская краса, или вся правда о волосах жителей Кении

Женская красота – понятие субъективное. Сегодня, например, европейские стандарты красоты служат главным ориентиром на пути к восхитительному образу. И модницы с большим рвением, порой забыв об уникальных природных данных, стараются приблизить себя к первым мировым красавицам. А завтра, перелистнув страницу, побегут вслед за азиатскими или арабскими стандартами. В то время как в Африке красота всегда была непохожей на другие течения моды и стиля. Там властвуют свои секреты привлекательности, которые тысячелетиями почитают африканские женщины. И не обратить внимание на африканок и не поддаться силе притягательного жаркого образа, попав в Кению, мы точно не сможем.

Африканки от природы лысые

У кенийцев практически нет волос. Главная биологическая особенность этого народа – короткие, ломкие волосы-холмики. «Оренбургский пуховый платок» приходит на ум, когда видишь их головы.

В мире существует шкала от 1 до 4, по которой можно определить тип волос, начиная с гладких до кудрявых. Но в Кении первых двух категорий в природе не встретишь. В толпе сливаются завитушки, объемные волосы, которые убирают в завитом состоянии 75% длины.

При близком рассмотрении они свернуты спиралью в виде «кольца дыма» над головой. Расчесывать такие волосы сложно и вредно для их структуры. «Хрустальные локоны» разобьются при физическом контакте. Кудряшки различаются завитком, по форме похожи на английские буквы S и Z и подобны хлопку на ощупь.

Кому от природы повезло чуть больше, гордятся своими, как петли, волосами в форме штопора. Потому что кудри хорошо отделяются друг от друга на разные по диаметру и выглядят энергичными и упругими. Из них уже можно соорудить прическу.

Африканки не брезгуют искусственными волосами


Их волосы можно назвать проблемными в укладке. Поэтому на кенийском рынке особенно популярны химические средства, «релаксанты», для распрямления непослушных кудрявых волос, с которыми иной раз не справится даже выпрямитель. Если волосы еще и жесткие, а времени их выпрямлять ежедневно не хватает, то без релаксантов не обойтись. После такой процедуры локоны смотрятся ухоженными и приятными, хотя сильное химическое воздействие делает их еще более ломкими и пористыми. Вот почему африканки кажутся богинями из рекламного ролика о шампуне «лошадиная сила».


Но самые распространённые «обманки» у кениек — это искусственные волосы: пряди, косички, жгуты, шиньоны. Мир афро волос доступен для всех в любом супермаркете. Словом, захотела девушка новую прическу, пошла в ближайший магазин и купила набор из волос «неделька». На улицах даже с фонариком в руках практически невозможно распознать, где настоящий, а где «фабричный» продукт. Школьницы, молодые девушки, женщины сверкают гривой шелковистых длинных и гладких волос.

Ловкость рук и никакого мошенничества


Традиция плетения кос в Африке уходит далеко в прошлое. Косы, бесспорно, — удобная прическа в жаркой стране. Но кенийцы смогли придать брейдингу – методу плетения для мужчин и женщин — особый африканский стиль и мировую славу. Брейд в простом понимании – коса из трех прядей. Африканцы научились мастерски заплетать брейды из большого числа искусственных прядей, делая их сложносочиненными, например, «восьмерки», «жгуты» и «змейки», и разноцветными, вплетая яркие нити. Если заплести африканский брейд, то три месяца можно не беспокоиться о прическе.

Кстати, любимые молодежные дреды по технике плетения – альтернатива брейдам. Пряди заплетают в виде колтунов, которые не расчесывают годами, лишь один раз в месяц отросшие волосы вправляют в дреды и делают незначительную корректировку по длине.

Мода – и в Африке мода

Времена меняются, и европейская мода добралась и до африканского континента. Согласно проведенному исследованию компаний Лореаль, в среднем жительница Кении в месяц тратит денег на свою прическу чуть больше, чем на еду. Интересно узнать, почему?

Оказывается, африканки так ценят внешний вид волос и ухоженную прическу, что способны пойти на большее, чем косы, «релаксанты» и шиньоны. Они полностью бреют голову и надевают парик! Да-да, парик (удовольствие стоит от 500$) – это еще один модный способ, палочка-выручалочка на гладкой, тонкой основе, для всех желающих похвастаться натуральными шелковистыми, европейскими волосами как у афроамериканских звезд Голливуда.


Для женщины волосы – важный атрибут красоты вне времени и вкусовых предпочтений. Красота африканок уникальна не только из-за цвета кожи, яркой палитры одежды и украшений, но и за счет прически. И по сей день она хранит в себе неразгаданную, манящую тайну. Кенийцы – труженники не только в быту, но и на пути к красоте, их не пугают вечная борьба с генетикой и недостаток финансов. Наоборот, трудности сильнее закаляют характер и подчеркивают уникальность.

Яркие образы местных жителей Кении, попадая в багаж к туристам со всего мира как символ праздника и хорошего настроения, вдохновляют делать прически уже у себя дома и не бояться красочных экспериментов. А почему бы и нет?

Пленительная красота африканских девушек: какие есть особенности их внешности

Автор – Александра Никитина

Лингвист-переводчик по образованию. Работаю в сфере рекламной журналистики более 9 лет.

Эксперт – Маргарита Лопухова

Семейный психолог. Уже 8 лет спасаю «семейные ячейки» от распада. Помогаю парам вновь обрести любовь и взаимопонимание.

  • 17595
  • 24 15 мин.

Африка — крупнейший после Евразии материк нашей планеты, на котором расположено 55 отдельных государств. Культурой и этимологией Африканского континента до сих пор интересуется большое количество ученых. Их интересуют народы, племена, юноши и девушки Африки. Считается, что именно здесь находится родина человека, именно отсюда родом наши предки.

Интересный факт, что существует целая наука, посвященная изучению социальных, культурных и политический особенностей Африки, ее название созвучно – африканистика. Среди известных ученых-африканистов часто встречаются русские фамилии. Одним из главных объектов исследования является население Африки, которое на сегодняшний день составляет около 1,1 млрд. человек.

Главная особенность жителей данного континента заключается в их колоритности. Коренные Африканцы – это абсолютно противоречивые люди – одни учатся, работают, строят свой бизнес, а другие в это же время живут в племенах, имеют свое хозяйство и абсолютно изолированы от благ цивилизации, причем им эти блага и не нужны.

Современные Африканские девушки – это вновь невероятная контрастности, хоть они и имеют одни корни, живут в одно время, но разница колоссальна. Безусловно, как и любые девушки, они красивы и обаятельны, они имеют свои исторические особенности и национальные обычаи. Именно о них и пойдет речь. Разберем интересные факты о девушках Африки, найдем их корни и познакомимся с некоторыми биографическими данными.

Африканская внешность i

Не секрет, что ученые выделяют 4 основные расы – негроидная, европеоидная, австралоидная и монголоидная. Героини данной статьи – это девушки негроидной расы, так как коренное население Африки – это родственники современных Афро-Американцев, а все остальные лишь переселенцы. Большинство научных открытий, способных выделить отдельные признаки негроидной расы были сделаны еще до II Мировой Войны.

Читайте также:
Индонезия : штамп на 30-дневное пребывание ставят по прилету бесплатно

Сейчас лишь проводят диагностику с помощью более современных методов. Изучают черепа и другие найденные останки. Поисковые операции, проводимые сегодня, лишь немного дополняют картину, сформированную еще в прошлом веке. Ведь самые глобальные и неоспоримые факты открыты уже давно, они не требовали совершенных электронных приборов.

Те скелеты, которые были найдены, позволяют сделать общие заключения, относительно исторический особенностей внешности африканцев:

  1. Не слишком массивный череп.
  2. Лоб выпуклый, особенно у девушек.
  3. Лицо относительно широкое, слегка уплощенное.
  4. Челюсти гораздо меньше, чем у других рас
  5. Очень широкий нос, а носовые кости короткие.

Современная внешность имеет те же самые характеристики. Это известно благодаря найденным останкам древних людей, которые сохранились только в некоторых районах с наименьшей влажностью. Из-за специфического климата мы могли вообще ничего не узнать об Африканских предках.

Несмотря на общие выделенные черты на территории Африки существуют не только государства, но и племена, девушки в которых сохранили свою первобытность в поведение и внешности.

Внешность Африканской девушки 2

Классические характерные признаки, которые имеют девушки Африки, – это, в первую очередь, темный цвет кожи, вплоть до синего оттенка, такие же темные глаза и волосы. Не существует африканских девушек с голубыми глазами или блондинистыми волосами. Почему же природа наделила их такой «темной» внешностью?

Оказывается, что всему есть научное объяснение. Африка встречает тропическим климатом, полным сюрпризов в виде солнца, грибков и бактерий, вызывающих различные смертельные заболевания. Меланин, которого в разы больше у темнокожих людей, защищает кожные покровы от избыточного воздействия солнца.

Если бы африканцы обладали кожей посветлее, то процент онкобольных резко бы возрос, причем страдала бы и кожа, и глаза. Также меланин способствует защите от бактерий и вирусов, которые обитают в тропическом климате. Как известно, повышенная влажность всегда является причиной ускоренного размножения бактерий.

Волосы африканских девушек 3

Современные девушки Африки хоть не нуждаются в такой же сильной защите от солнца, как их предки, но от прошлых поколений никуда не уйти. Строение волосяного фолликула обусловлено климатической приспособленностью Волосы -кучерявые и жесткие, они как бы создают шапку над головой, защищая от солнца.

Кудрявые волосы позволяют оставлять пространство для проветривания воздухом, что обеспечивает приятные условия в жаркую погоду. Также тропический климат славится своей влажностью, которая за годы жизни африканцев повлияла на строение волос. При высоком проценте влажности, волос становятся непослушными и вьющимися.

Сегодня существует прическа, называемая афро-косичками, которая представляет из себя огромное количество маленьких косичек по всей голове. После ее расплетения, волосы будут иметь такую же мелкую волну, как и у коренных афроамериканок.

Все эти факторы объясняют современные женские африканские прически. Причем женщины всячески пытаются избавиться от кудрявости. Не для кого не секрет, что девушки с прямыми волосами постоянно их завивают, а с кудрявыми – выпрямляют, такова женская сущность. Также и с афроамериканками.

Выпрямление «черных» волос сегодня – это целая индустрия. Разрабатываются новые химические средства, создаются уходовые средства, в общем, делается всё, чтобы заработать на такой своеобразной нише.

Выпрямить сухие спирально завитые волосы очень сложно, чуть отрастает длина, сразу нужно повторять процедуру. Многие афроамериканские девушки не хотят больше носить «гнезда» на голове, поэтому и прибегают к современным химическим средствам, хотя стоит это удовольствие немало.

Другие внешние особенности африканских девушек 4

Следующая особенность во внешнем виде девушки – это маленькое количество волос на лице и теле. Для современных девушек это огромный плюс, да и в древности люди Африки особо не мерзли.

Толстые губы афроамериканок вновь не случайность, а коварная задумка природы. Чем больше губы, тем больше площадь слизистой оболочки, которая способна испарять лишнюю влагу. А широкие ноздри обеспечивают активный теплообмен, что было чертовски полезно в условиях постоянной жары.

Кожа темная неравномерно, например в зоне ладошек и ступней она имеет более светлый оттенок и даже не загорает на солнце. Однозначной оценки этой особенности пока что нет, но есть предположение о непопадании солнечных лучей в эту зону.

В сравнении с европейской внешностью, тело у афроамериканок короткое с явно выраженным поясничным лордозом (прогибом в пояснице), из-за этого происходит визуальное увеличение ягодиц.

Более длинные конечности, относительно европейцев, является очередным природным «даром», позволяющим быть более выносливым и способным к выживанию в условиях тропиков. Именно по этой причине легкая атлетика легко покоряется афроамериканцам, остальным расам тяжело сравниться со столь быстрыми и выносливыми ногами. Когда-то они помогали спастись от хищников или, наоборот, догнать добычу, а сегодня активно применяется в спорте.

Подводя итог, можно сказать об особой приспособленности афроамериканского населения к жаре, к влажности и другим климатическим условиям, типа постоянного ультрафиолетового воздействия. Афроамериканская раса наиболее выделяется из трех остальных именно благодаря цвету кожи.

Девушки чаще обладают всеми вышеперечисленными признаками, которые делают их особенными и непохожими на других женщин. Несмотря на моду и тренды, девушки-афроамериканки всегда будут обладать незаурядной внешностью.

Самое красивое племя Химба 5

Несмотря на современные устои общества, именно в Африке сохранились племена, которым не писаны современные законы. На севере Намибии живет племя Химба, которое долгое время было закрыто от цивилизованного внешнего мира, а сейчас по праву считается самым красивым племенем всего Африканского континента.

Все, кто бывали у них в гостях в этом племени отмечают, что там самые красивые африканки. У каждой женщины идеально ровная кожа, благоухающая благодаря местным маслам и эликсирам. Помогающим защитить тело и волосы от солнца и бактерий. Именно благодаря наличию в составе пудры вулканической пемзы кожа девушек обладает красным оттенком.

Хоть «Химба» и означает «бедный», местные девушки не особо скупы на украшения. Прическа, одежда и бижутерия являются неотъемлемой частью жизни, даже новорожденные малыши награждаются довольно массивной для их веса бижутерией из жемчуга. У мужчин украшения отражают статус в общине, а у девушек это является символом красоты и возрастного статуса. Волосы часто украшаются кожаными коронами и раковинами, добываемыми соседним племенем.

По причёске можно определить возраст мальчика или девочки, так как именно волосы, а точнее способ их «укладки», меняется с течением времени. Племя Химба – это современный пример красоты афроамериканских женщин. Даже несмотря на то, что другие девушки африканской внешности живут в мегаполисах, ходят на укладку в салоны красоты и живут абсолютно полярной жизни, девушки Химба являются живым олицетворением первобытной красоты.

Известные девушки афроамериканской внешности 6

Обладая всеми перечисленными внешними признаками негроидной расы, женщины с мировым именем доказывают, что признания могут добиться все и совсем не важно, какого цвета их кожа.

  • Элен Джонсон-Серлиф

Отличный тому пример, Элен Джонсон-Серлиф – первая женщина-президент африканской страны, политик и лауреат Нобелевской премии. Ее часто называли «железной леди». Женщина является матерью 4 сыновей. Ее биография полна тяжелых и тягостных событий — обвинения в краже 3 миллионов долларов, изгнание из страны и т.д. Но, как мы знаем, нельзя угодить всем.

Читайте также:
Туристические автобусы в Париже hop on hop off – маршрут, цена, аудиогид

В 2011 году Элен набрала 90% голосов на выборах и стала первой женщиной-президентом африканской страны. Вся ее биография говорит о сильнейшем желании победить расизм, сексизм и другие несправедливости современного мира.

  • Агбани Дарего

Неповторимую красоту афроамериканской девушки Агбани Дарего приняли во все мире. Девушка впервые в истории стала обладательницей титула Мисс Мира в 2001 году. До этого девушки Африки не разу не удостаивались этого титула.

Дарего долго шла к этому титулу, с самого детства мечтая стать моделью и активно занимаясь своей карьерой. Ее внешность – это прекрасное сочетания афроамериканских черт – широкие губы и нос, черные волосы и вьющиеся волосы. Дарего по-настоящему красива, она заслужила этот титул и по праву считается одной из самых красивых девушек Африки.

  • Кастер Семеня

Кастер Семеня еще одна представительница негроидной расы. Южноафриканская легкоатлетка выиграла большое количество наград, в том числе Олимпийский титул и медали чемпионата мира. Ее внешность точно не позволит стать Мисс Мира. Как спортсменку, ее даже просили подтвердить свой пол с помощью гендерного теста.

Афроамериканская внешность может обладать достаточной маскулинностью, особенно в совокупности со спортивной физической формой. Дискриминирующая реакция на внешность девушки не очень уместна в обществе, где женщины больше не угнетены патриархатом.

Подробнее узнав о трех абсолютно полярных жизнях африканских женщин, можно сделать вывод, что афроамериканская внешность, несмотря на проявления расизма в некоторых уголках планеты, давно признана. Женщины Африки сильно заявили о себе и с точки зрения внешности, и с точки зрения политики, власти и других аспектов жизни.

Все те приспособления, которые раньше использовались с целью выживания, сегодня становятся лишь отличительно чертой, позволяющей оставить свой след в истории. Несмотря на то, что при смешении рас, темный цвет кожи становится светлее, характерные особенности, типа широкого носа и больших губ, можно заметить по всем уголкам планеты.

К тому же, мулаты, которые являются потомками от смешения европеоидной и негроидной рас, обладают невероятно красивой и незаурядной внешностью, в которой отчётливо прослеживаются Африканские черты. Также рекомендуем ознакомиться со следующим материалом о девушках Азии дальше по ссылке.

Историография американской иммиграции второй половины XX века

Со второго десятилетия XX в. историография американской иммиграции поднимается на более высокий уровень. Завершение эпохи массовой иммиграции в США, обусловленное запретительными законами 20-х годов, возбуждало вопрос об итогах и характере этого движения. Национальный вопрос, обострившийся во всем мире в период общего кризиса капитализма, неотступно стоял и во внутриамериканских отношениях. Одним из результатов ассимиляции ряда иммигрантских групп было выделение ими профессиональных историков, которые и составили ядро иммигрантоведения. Эти ученые стояли на уровне современной им американской исторической науки, пользовались новейшими приемами исследования и вовлекли в научный оборот множество новых источников. Как раз в 1926 г. вышел в свет обширный сборник документов по истории иммиграции, составленный Эдит Эббот. Он не утратил ценности до сих пор.

Позиция большинства иммигрантоведов

Большинство иммигрантоведов этого периода находилось в орбите экономической школы Ч. Бирда. Многие испытали влияние Тернера. Во всяком случае экономические причины миграций они, как правило, признавали главными, а экономическим сторонам жизни иммигрантов уделяли большое внимание. Противопоставление «старой» и «новой» иммиграции, введенное рестрикционистами, в их трудах не проводилось, а неумеренные самовосхваления филиопиэтистов были им чужды.

Первой работой этого периода, в которой отмеченные выше черты выражены далеко не полно, можно считать книгу Дж. Стивенсона «История американской иммиграции». Стивенсона более всего интересовала роль иммиграции в политической жизни США. Его книга написана с либерально-буржуазных позиций. Другому ученику Тернера, М. Л. Хансену, принадлежат первые серьезные исследования американской иммиграции. Немаловажная заслуга его в том, что он охватил весь миграционный процесс — и выезд из Европы, и поселение в Америке (в этом отношении у него в дальнейшем нашлось мало последователей). Так, например, построен самый крупный его труд «Атлантическая миграция». Необходимо, однако, отметить, что Хансен приписывает иммигрантам социальный и политический консерватизм, который ощущается в его собственных работах. Это неосновательное утверждение вплоть до последних лет кочует из одной иммигрантоведческой работы в другую. Он наметил интересные, но до сих пор не нашедшие достаточного применения методы сравнительного исследования миграционных движений: ассимиляция иммигрантов разных национальностей в одной стране, иммигрантские группы одной национальности в разных странах и т. д.

Позиция О. Хэндлина, влиятельного американского иммигрантоведа

Самым известным и влиятельным американским иммигрантоведом является, пожалуй, видный историк, профессор Гарвардского университета О. Хэндлин. Им написано на эту тему несколько монографий, множество статей, он составил несколько документальных сборников по истории иммиграции. Многие из иммигрантоведов следующего поколения — его ученики. Его книги «Вырванные с корнем» и «Иммигранты Бостона» относятся к иммигрантоведческой классике. Работы Хэндлина написаны в буржуазно-либеральном духе. Они направлены против расизма и национальной дискриминации, но по временам идеализируют действительное положение вещей. Для трудов Хэндлина характерна социально-психологическая ориентация.

Иммигранты XIX в. для Хэндлина — выходцы из обобщенной и неизменной европейской деревни, которую они безуспешно стараются воссоздать за океаном. На этом шатком основании покоятся утверждения о мнимом консерватизме иммигрантов, доходящие до заявлений, будто бы они не принимали участия в радикальном и социалистическом движении, что противоречит действительности. В литературном отношении сочинения Хэндлина написаны мастерски и даже в определенном смысле заслуживают названия художественных произведений.

В своих общих работах по истории США Хэндлин, уделяя, разумеется, значительное внимание иммиграции, разбирает вопросы о складывании американской нации, о возникновении и эволюции национального самосознания и т. д.

Меньший интерес представляют книги К. Виттке, где, впрочем, систематически изложен большой основательный материал. Виттке первым написал общую работу по истории иммиграции на современных научных материалах. Его перу принадлежит ряд книг по отдельным национальностям и проблемам, больше всего по немецкой иммиграции. Виттке гораздо более традиционен и консервативен, чем Хэндлин и Хансен. Он не оттеняет классового расслоения среди иммигрантов, что, впрочем, в той или иной мере характерно и для других буржуазных авторов.

Историко-экономическое исследование Шарлотты Эриксон

Серьезное историко-экономическое исследование представляет собой книга Шарлотты Эриксон «Американская промышленность и европейский иммигрант». Основанная на многочисленных первоисточниках, официальных, профсоюзных и др., эта книга по-новому освещает вопрос о контрактации европейских рабочих и ее значении для американского рабочего движения. В американской литературе по истории рабочего класса укоренился (и перешел из нее во многие советские общие работы) взгляд, по которому законы о контрактации рабочих за рубежом, принятые в США в 1864 г., сыграли крайне отрицательную роль для американских рабочих, а отмена этих законов явилась большой победой американского пролетариата. Ш. Эриксон доказывает, что в действительности труд законтрактованных рабочих применялся в США в рассматриваемый ею период редко, и это были только высококвалифицированные рабочие. Кампанию же за отмену законов о контрактации начали, соответственно, цеховые профсоюзы, например, союз стекольщиков. Что же касается неквалифицированных рабочих, то они за границей по договорам (во всяком случае, легальным) не набирались, в США же существовали для них частные агентства по найму, откровенно грабительские и полумошеннические, против которых организованной кампании не велось. Однако борьба с контрактационными законами способствовала созданию в американских рабочих организациях атмосферы вражды к иммигрантам.

Читайте также:
Интервью с балийкой: жизнь на Бали на берегу океана

Очень важны историко-статистические исследования одного из ведущих американских иммигрантоведов, профессора Пенсильванского университета, Э. П. Хатчинсона. В его труде «Иммигранты и их дети» анализируется на материалах цензов социально-экономическое положение нескольких иммигрантских поколений.

Сводные истории иммиграции в США

В 60—70-х годах на основе частных исследований пишутся сводные истории иммиграции. Здесь прежде всего нужно отметить книгу английского ученого М. А. Джонса «Американская иммиграция». Эта книга представляет собою в некотором роде обзор и итог иммигрантоведческих работ предшествующих трех-четырех десятилетий. Она охватывает иммиграцию в Америку начиная с колониального периода. Проявляя некоторый эклектизм в характеристике причин эмиграции из Европы, автор в основном правильно разбирает ряд главных проблем своей темы.

Обобщающий характер имеет труд английского ученого Филиппа Тейлора «Далекий магнит». Эта серьезная работа охватывает весь процесс переселения из Европы в США, освещая и американский конец миграционной цепи.

Дискуссии о понятии «глобализация» в отечественной и англо-американской историографии второй половины XX века

S.A. Verkholomov

Дискуссии о понятии «глобализация» в отечественной и англо-американской историографии второй половины XX века

Discussions about concept “globalization” in a domestic and Anglo-American historiography of second half of XX-th century

аспирант кафедры истории и юриспруденции Амурского Гуманитарно-Педагогического Государственного Университета

( Россия, г. Комсомольск-на-Амуре); г. Комсомольск-на-Амуре, улица Ленина, дом 72, корпус 2, кв. 57; . E-mail: *****@***ru

Mr. Sergey A. Verkholomov – The post-graduate student of chair of history and jurisprudence of the Amur State Gumanitarno-Pedagogical University. E-mail: *****@***ru

Аннотация: в статье освещена проблема противоречивого толкования понятия «глобализация» в отечественной и англо-американской историографии второй половины XX века.

Summary: The article of analysed problem is inconsistent interpretation of concept “globalization” in a domestic and Anglo-American historiography of second half of XX-th century.

Ключевые слова: глобализация, неолиберализм, капиталистическая система, транснациональные корпорации, демократия, мир-системный анализ, фрагментарный образ, национальное государство, культурная глобализация, фрагментарный образ

Key words: globalization, neoliberalism, capitalist system, transnational corporations, democracy, world-system the analysis, national state, cultural globalization fragmentary image

В научных кругах термин глобализация начал употребляться в 60-х гг. XX в. в работах французских и американских авторов (Д. Медоуз, Г. Модельски, Р. Фолк). Наполнение смыслом этого термина произошло в конце XX в., что было связано с происходившими в мире событиями – развал СССР, крушение железного занавеса в Восточной Европе, интеграция Китая в мировую систему и т. д. На сегодняшний день существует большое количество определений понятия «глобализация». Российский экономист М. Делягин под глобализацией понимает «процесс лавинообразного формирования единого общемирового финансово-информационного пространства на базе новых, преимущественно компьютерных, технологий»[6;68]. Отечественный историк Ю. Комар определяет «глобализацию» как «реальный, объективный процесс, резко интенсифицирующий взаимодействие государств и народов и их экономик, различных культур и цивилизаций и ведущий к большому единству мира»[2;164]. Данная ситуация стала возможной благодаря существованию большого количества концепций, объясняющих феномен глобализации. Теории не только в полной мере не разрешают спор о сущности глобализации, но и создают ситуацию недопонимания феномена глобализации. Как об этом пишет американский политолог Д. Хэлд: «Глобализации грозит опасность превратиться в расхожее клише нашего времени, стать расплывчатой идеей, которая охватывает все – от мировых финансовых рынков до Интернета, – но которая мало что дает для понимания современных условий человеческого существования»[11;1]. В предлагаемой статье будет сосредоточено внимание на выявлении причин противоречивого толкования понятия глобализация.

Термин глобализация является молодым, но очень популярным не только среди ученых и политиков, но и среди обычных людей, что в первую очередь связано с надеждами, которые они возлагают на этот феномен, ассоциирующийся у людей с созданием идеального общества в третьем тысячелетии. Однако не все столь радужно оценивают глобализацию, подчеркивая, что этот процесс не разрешает накопленные проблемы, а скорее закрепляет старую систему отношений и противоречий. В связи с перечисленными обстоятельствами возможно констатировать, что раскрытие феномена глобализации имеет под собой идеологический контекст. В связи с такой трактовкой этого явления следует выделить два направления – гиперглобалисты – это те, кто выступает за ускоренную глобализацию, и скептики, которые критично оценивают данный процесс.

Гиперглобалисты (К. Омаэ, Н. Стерн, Д. Стиглиц, С. Стрэндж) «… используют преимущественно экономическую логику, стоят на позициях неолиберализма, приветствуют возникновение единого рынка и законов глобальной конкуренции как свидетельство человеческого прогресса»[11;3]. В книге «Глобализация, рост и бедность. Построение всеобщей мировой экономики», в написании которой участвовал коллектив авторов во главе с Н. Стерном, описана логика гиперглобалистов. По их мнению, экономическая глобализация создает новый тип мировой экономики, и те, кто участвует в ее построении, выходят победителями. Происходит повышение производительности труда, происходит увеличение реальной заработной платы, повсеместно происходит снижение уровня бедности. А там где это не происходит, вину перекладывают на национальное государство, которое создает барьеры для процесса глобализации, поэтому там только проигравшие [5;1].

Среди сторонников этого направления можно выделить американского экономиста Д. Стиглица (хотя он не стоит на позициях неолиберализма). Д. Стиглиц оценивает глобализацию следующим образом: «Я продолжаю верить в то, что глобализация, то есть устранение барьеров на пути свободной торговли и более тесная интеграция национальных экономик, может быть доброй силой, и в то, что в ней заложен такой потенциал развития, который способен улучшить жизнь всех жителей Земли, в том числе тех, кто сейчас беден»[10;7].

В свою очередь, как упоминалось выше, гиперглобалистам противостоят скептики, которые выступают с критикой при изучении этого процесса. Для скептиков (Р. Страйкер, Н. Флайстайн, А. Зиновьев и др.) глобализация – процесс не новый, мир уже сталкивался с происходящим явлением в начале XX в. Так, например, американский исследователь Н. Флайстайн полагает, что «рост объема мировой торговли в последние два десятилетия не был столь значительным, чтобы его можно было бы относить к числу важнейших факторов, способствовавших формированию глобальной экономики»[3;85]. Американский социолог Р. Страйкер относит к одному из первых проявлений глобализации капитализм, о котором еще писали в XIX в. К. Маркс и Ф. Энгельс. Кроме того, глобализация на современном этапе не снижает уровень бедности, она еще больше ее усиливает в слаборазвитых государствах, в богатых же странах происходит маргинализация рабочего класса (обеднение среднего класса). Не происходит повышение производительности труда, а прибыли капиталисты получают, лишь играя на финансовых рынках, зарабатывая от этого спекулятивный капитал, который еще больше усугубляет положение дел на внутренней и международной арене. Представители данного идеологического направления утверждают, что глобализация – это не способ преодоления противоречий и решения проблем, а затянувшийся кризис.

Читайте также:
Более 360000 мигрантов потеряли право приезжать в Россию

Американский политолог И. Валлерстайн, анализируя современную систему, указывает на то, что капиталистическая система вступила в фазу системного кризиса. Распространение капиталистической мир-экономики и превращение ее в капиталистическую мир-систему (это, по его мнению, и есть глобализация) не приводит к снижению бедности, а закрепляет структурное деление на ядро, полупериферию и периферию, тем самым происходит снижение доходов бедных стран. Как он пишет: «За пятисотлетнюю историю КМЭ только 10-20% мирового населения (жители ядра) значительно увеличили свои доходы и повысили уровень жизни. Уровень доходов «остальных» 80-90% снизился, а качество жизни ухудшилось по сравнению с тем, что было в этих зонах до 1500 г.»[1;32].

Российский социолог и философ А. Зиновьев в книге «Запад» приходит к следующим выводам о перспективах глобализации. Идея создания глобального общества является продуктом западной идеологии. На первых порах реализации данной идеологии помогала программа модернизации, а на последних этапах – неолиберализм. В рамках западной идеологии глобализации дается следующее обоснование. Во-первых, мир столкнулся с глобальными проблемами (бедность, перенаселение планеты, экологические) решить их можно только совместными усилиями; во-вторых, идет процесс складывания мировой экономики, которая ломает старые границы (национальное государство), поэтому необходимо создать орган в мировом масштабе ее регулирующий; в третьих, мир уже «опутан сетью международных объединений, сплотивших человечество. Сложилась международная система производства, распределения и потребления информации»[7;387]. И как автор утверждает далее, «все вроде бы верно», но есть одно допущение. Идея создания глобального общества есть идея западная, а не общемировая, и соответственно все выгоды от этого проекта будет иметь Запад, а интересы других народов будут ущемлены в лучшем случае, в худшем – они станут придатком этой системы, а для закрепления такого положения дел на их просторах будут навязаны псевдолиберальные ценности.

Помимо идеологического противостояния при описании этого явления немаловажную роль в создании размытого понятия «глобализация» играют междисциплинарные противоречия. В XX веке происходит развитие научной мысли, в результате чего формируются новые научные дисциплины, выбирающие собственный объект исследования и методологию. Вследствие перечисленного обстоятельства создается фрагментарный образ феномена глобализации, так как авторы раскрывают лишь одну сторону этого явления – культура, экономика, политика и т. д. Продемонстрируем лишь немногие из них.

В работе американского социолога П. Бергера «Культурная динамика глобализации» глобализация ассоциируется с распространением западной культуры и ценностей – Давосская культура, клубная культура интеллектуалов и религиозные движения. Давосская культура – это международная культура ведущих деловых и политических кругов мира, управляющая экономической и технологической глобализацией. И те государства, которые принимают участие в этом форуме, являются наиболее развитыми и вступили на новую ступень развития, которая раскрывает перед ними новые возможности. Страны не участвующие в заседаниях не подвергаются глобализации, напротив, по мнению Бергера, такое деление усиливает глобализацию. Называя данное явление упреждающей социализацией. Клубная культура интеллектуалов предполагает распространение не только ценностей запада (гражданские права, феминизм, демократия и т. д.), но и образ жизни рядового американского жителя. Немаловажную роль в процессе глобализации, полагает автор, играют религиозные движения – в частности он выделяет пятидесятничество. Это религиозное движение охватывает широкие просторы Азии, Океании, Африки, Латинской Америки. И «обращение в эту религию меняет отношение людей к семье, сексуальному поведению, воспитанию детей, и, что самое главное, к работе и к экономике вообще»[9;15-16]. В связи с чем происходит приобщение людей к протестантской этике, а вместе с этим к западным ценностям. Однако, как мы видим, для П. Бергера определяющим при изучении этого феномена становится культура, которая объясняет не только культурную глобализацию, но и технологическую и экономическую.

И. Валлерстайн объясняет глобализацию с экономических позиций. Его «научная программа» – мир-системный анализ – построен на экономических принципах, и подстраивает под эту категорию политику и культура. «В основе культуры и идеологии, – утверждает Валлерстайн, – лежит функциональная потребность мир-экономики в устранении всех социальных барьеров на пути всеобщей товаризациии и полного развития рынка и в тоже время в обеспечении неравного распределения прибавочной стоимости – источника накопления капитала»[2;37]. Поэтому, по мнению И. Валлерстайна, расизм, национализм, государство благоденствия являются такими же проявлениями мир-системы, что и равенство и прогресс.

Помимо вышеперечисленных экономики и культуры нередко самостоятельным элементом в процессе глобализации выступает государство. Это связано с тем, что многие авторы (К. Омаэ, Э. Перро, Р. Кокс), изучающие глобализацию, говорят о том, что национальное государство как социальный институт вымирает. Международные организации (ВТО, ВМФ) и транснациональные корпорации сводят к минимуму функции национального государства. Производство и накопление не привязано к какой-либо территории, эти элементы становятся космополитичными. Современные проблемы (терроризм, экологические, бедность, преступность и т. д.), с которыми столкнулось человечество, не разрешимы национальным государством, поэтому происходит вымирание национального государства, а на его основе формируется новый регулирующий орган.

В процессе изучения глобализации авторы теорий (К. Шварцман, Д. Белл, В. Иноземцев) выделяют демократию, как некую самостоятельную область исследования. В работе «Демократия и Модернизация» рассматривается «перспективы классической либеральной демократии в XXI столетии»[8;5]. По мнению авторов (Д. Белл, В. Иноземцев, Д. Данн, З. Бауман и др.), в условиях глобализации происходит переосмысление демократии не только в странах, которые переняли эту форму правления после крушения СССР, но в самих западных обществах, где усиливается скепсис в отношении демократических ценностей. Поэтому авторы решили целесообразным исследовать данную проблему. Для себя они ставят вопросы, раскрывающие не только особенности демократической формы правления, с которыми она столкнулась на пороге третьего тысячелетия, но и многообразие демократического опыта в современном мире и международное измерение демократии.

Немаловажную роль в развитии расплывчатого образа глобализации играет сопротивление этому процессу региональных и традиционных культур. Культура является важным компонентом формирования коллективной и индивидуальной идентичности, а глобализация их разрушает, предлагая на их место западные ценности, в первую очередь потребления и поведения, которые в полной мере не объясняют место человека в этом мире (Р. Робертсон, С. Хантингтон). Английский политолог П. Престон считает, что «с изменением общей расстановки сил на глобальном уровне неизбежно трансформируются и сложившиеся структуры политико-культурной идентичности. При этом соответствующие изменения происходят на региональном, на национальном и на субнациональном уровнях, в результате чего идет переосмысление политической элитой своего места и роли, изменение повседневной деятельности и сложившихся представлений»[4;57]. В результате сопротивления создаются самозамкнутые системы (политические режимы, национальные, интеллектуальные и религиозные объединения), предлагающие альтернативный проект глобализации, который вносит вклад в создание расплывчатого образа глобализации.

Таким образом, наличие большого количества концепций возможно связано с преобладанием цивилизационного подхода в исторической науке, однако они не раскрывают понятие глобализация. Создаются условия для того, чтобы это понятие потеряло свою «аналитическую ценность». Как утверждает американский социолог Р. Робертсон, «произошла глобализация “глобализации”». Этому способствуют идеологическое противостояние, выраженное борьбой гиперглобалистов и скептиков, междисциплинарные противоречия, вызванные процессом накопления знаний, вследствие чего создается фрагментарный образ этого явления, сопротивление региональных и традиционных культур, в результате чего возникает альтернативный проект глобализации. Нельзя списывать и влияние постмодернизма, методология которого предполагает смещение акцентов с макро уровня на микро, «где политические, институциональные и социальные практики предстают «сценариями культуры», а точнее – дискурсивными наборами символическим систем»[12;306]. В связи с вышеперечисленными обстоятельствами происходит смещение акцента с понятия «глобализация» к глобальному (глобальная культура, глобальная экономика, глобальная политика и т. д.), а вместе с этим утрачивается смысл превращения этой теории в парадигму, объясняющей развитие общества в XXI столетии.

Читайте также:
Шок! Бот поиска аномальных цен на авиабилеты уже в мессенджерах

1. Исторический капитализм. Капиталистическая цивилизация. – М.: Товарищество научных изданий КМК, 2008. – 176 с.

2. Глобализация и афро-азиатский мир. Методология и теория.: Реф. Сб. / РАН. ИНИОН. – М.: 2007. – 164 с.

3 Глобализация: контуры XXI века: Реф. сб. / РАН ИНИОН. – М., 2004.– Ч. II.- 252 с.

4. Глобализация: контуры XXI века: Реф. сб. / РАН ИНИОН. – М., 2004. – Ч. III.- 196 с.

5. Глобализация, рост и бедность. Построение всеобщей мировой экономики / Пер. с англ. – М.: Издательство «Весь Мир», 2004. – 216 с.

6. Практика глобализации: игры и правила новой эпохи. М., 2000. – 183 с.

7. Зиновьев : избранные сочинения. – М.: Астрель, 2008. – 512 с.

8. (ред.) Демократия и модернизация: к дискуссии о вызовах XXI века. – М.: Издательство «Европа», 2010. – 318 с.

9. Многоликая глобализация./ Под. Ред. П. Бергера и С. Хантингтона; Пер. с англ. под ред. . – М.: Аспект Пресс, 2004. – 379 с.

10. Стиглиц Дж. Глобализация: тревожные тенденции. М.: Мысль, 2003. – 304 с.

11. и др. Глобальные трансформации: Политика, экономика, культура / Пер. с англ. и др. – М.: Праксис, 2004. – 576 с.

12. Юдельсон постмодернистской истории (реф.) // Образы историографии. – М.: РГГУ, 2000. – С. 305-324.

Шпаргалка по дисциплине “Историография”

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 01 Марта 2015 в 21:24, шпаргалка

Краткое описание

Работа содержит ответы на вопросы для экзамена по дисциплине “Историография”.

Вложенные файлы: 1 файл

100 баллов по ИСТОРИОГ ЗС.docx

Комплексно-гуманитарный подход. В рамках этого направления развивается школа «исторического идеализма» или культурно-историческая школа. Она противопоставляет себя школе «Анналов». Приоритетное значение отводилось духовному фактору. Отличительные черты: многонациональный состав (анг., немецкие, русские, американские ученые) и многообразие источников информации. Предшественники: Дж. Вико – концепция исторических циклов в развитии всех нации; И.Г. Гердер – просветительско – плюралистический подход к изучению человеческих обществ; Гегель – концепция развития духа; Ж.А.Гобин – разработка расовой теории цивилизации; Г.Рюккерт, Э.Дюркгейм – теории локальных цивилизации.

2. Историческая наука в США на рубеже XIX –XX вв.

Либерально-реформистское (“прогрессистское”) направление. Одно из ведущих мест в исторической науке заняло либерально-реформистское направление, за которым закрепилось название “прогрессистской школы”. Прогрессистская школа, с момента возникновения на рубеже XIX – XX вв. сосредоточившаяся на изучении экономических факторов и социальных конфликтов в истории США, достигла научной зрелости в 20-40-е гг., когда она стала признанным лидером либерально-демократической историографии. Историки-прогрессисты Ч. О. Бирд, Л. М. Хэкер, А. М. Шлезингер-старший, Дж. Т. Адамс, К. Ван Вудворд создают крупные обобщающие труды по истории США.

Историки-“прогрессисты” использовали фактическую ткань для теоретического осмысления исторического опыта США. Их историческому синтезу был присущ ряд важных нововведений.

Историки-прогрессисты активно размышляли над связью прошлого США со всемирно-историческим процессом. Многие среди них ограничивались раскрытием непосредственных отношений между историческим развитием Америки и Европы, таких, например, как зависимость истории США колониального периода от процесса формирования капиталистических отношений и ранних буржуазных революций в Западной Европе, в первую очередь, в Англии. Но ведущие историки-прогрессисты пытались пойти дальше: формулировали задачу выявления единой внутренней логики, общих закономерностей исторического развития США и всемирно-исторического процесса. Так, Дж. Джеймсон стремился выявить типологическую общность Американской и Французской революций конца ХVIII века; А. Шлезингер-старший охарактеризовал демократический подъем и приход к власти партии Э. Джексона в США в 1820-ые гг., революцию 1830 г. во Франции и установление в ней буржуазной монархии, парламентскую реформу 1832 г. в Англии как общеисторическую фазу восхождения буржуазии; Ч. Бирд рассмотрел Гражданскую войну в США 1860-х гг. как конкретно-историческую форму буржуазной революции.

Идею единства американского исторического развития и всемирной истории наиболее последовательно развил А. Шлезингер-старший. Этот историк, заявивший о себе в 1918 г., монографией “Колониальные купцы и Американская революция”, обратился затем к обобщающим трудам, главным среди которых стала “Политическая и социальная история Соединенных Штатов” [3] . “Чем дольше я изучаю историю Соединенных Штатов, – писал Шлезингер, – тем больше убеждаюсь в единстве человеческой истории. Пять ведущих тенденций американского развития ни в коем случае не характеризуют уникальности Соединенных Штатов, а в равной степени присущи истории Западной Европы рассматриваемого периода”. В качестве пяти ведущих тенденций американского и европейского исторического развития им были названы факторы, характеризующие становление и утверждение буржуазного строя. (факторы: введение машинного производства, образование нации, развитие общественных школ, гуманитарные реформы, улучшение положения женщин и детей) и хотя Шлезингер следовал позитивистской концепции “равенства факторов”, необычным было то, что он исходил из единства европейской и американской истории, подчиненности ее определенным общеисторическим закономерностям. Это отличало его от историков, следовавших теории “американской исключительности”.

В историческом синтезе прогрессистских историков были выделены три крупных периода американской истории: “ранний” – от образования колоний в Северной Америке до конца ХVIII века; “средний” – до 1860-х гг.; “поздний” – до современных им событий. Кульминацией первого этапа исторического развития США была признана Война за независимость 1775-1783 гг., охарактеризованная как социально-политическая революция, второго – Гражданская война 1861-1865 гг., которая была определена как вторая американская революция, наконец, в качестве финала третьего этапа подразумевалась победа антимонополистических сил над всевластием монополий.

Прогрессистская школа первой в историографии США дала разносторонний анализ революционной, леворадикальной и демократической традиций в американской истории, борьбы фермерства, массовых антитрестовских движений, системы и методов социального господства элиты на разных этапах прошлого США.

В серии работ историков-прогрессистов (М. У. Джернигана, Л. Э. Смита и др.) впервые была исследована история законтрактованных белых слуг, европейских бедняков, продававших себя лендлордам и плантаторам Северной Америки на срок от трех до семи лет. Они показали, что колониальная экономика в немалой мере основывалась на принудительном труде негров и белых.

Читайте также:
Традиционный праздник Чхусок в Южной Корее: корейский день благодарения

Наибольший авторитет среди прогрессистских исследований революции завоевал Дж. Ф. Джеймсон. Джон Ф. Джеймсон (1850-1937) первым в историографии США поставил задачу раскрыть типологическую общность Американской и Французской революций конца XVIII в. Исследование Джеймсона заключало в себе ряд необычных для немарксистской историографии оценок Американской революции. Вопреки укоренившейся в историографии США оценке Американской революции как политической и антиколониальной, а Французской – как социальной, заменившей “старый порядок” (феодальный) “новым” (буржуазным), Джеймсон называл обе революции социальными.

Новые подходы были развиты в исследованиях прогрессистских историков, посвященных истории рабства и Гражданской войны.

И Бирд, и Шлезингер в отличие от большинства американских историков рассматривали Гражданскую войну не как историческую аномалию, а как закономерность, обусловленную социально-экономической и политической несовместимостью капиталистического Северо-Востока и рабовладельческого Юга. Бирд определял капиталистический Северо-Восток и рабовладельческий Юг как “антагонистические системы”, а фундаментальной причиной их конфликта считал “столкновение двух господствующих систем организации труда – свободной и рабской”. В отношении Гражданской войны он использовал определение “вторая американская революция”, а ее главными вопросами объявлял смену господства одного класса другим – плантаторов-рабовладельцев промышленной буржуазией – и изменение в отношениях собственности [8] . Бирд сознательно отказался писать историю гражданской войны как военную историю: характерному для традиционной историографии описанию походов, наступлений и отступлений, драматических сражений он демонстративно предпочитал анализ социального законодательства, межпартийных и внутрипартийных размежеваний, изменения состояния промышленности, транспорта, сельского хозяйства.

Определенным трамплином для этого послужило состояние изучения колониального периода.

В разработке колониальной истории США и Войны за независимость 1775-1783 гг. значительное место заняли историки “имперской школы”, зародившейся в начале 1900-х годов. Чарлз М. Эндрюс (1863-1943) в работе “Колониальный период американской истории” [12] , Эдвард Чаннинг (1856-1931) в “Истории Соединенных Штатов” [13] и другие рассматривали американские колонии, прежде всего, как часть организма Британской империи и в войне за независимость США видели лишь эпизод развития английской колониальной системы. Противоречия между американскими колониями и Англией сводились ими к вопросу о степени самоуправления заморских территорий Британской империи. Хотя историки “имперской школы” прямо не отрицали необходимости войны за независимость, но они близко подходили к этому выводу, утверждая, что предоставление колониям статуса доминиона могло бы предотвратить восстание в Америке.

Консервативные и даже реакционные тенденции в трактовке рабства и Гражданской войны ярко проявились в деятельности историков-бурбонов [14] . Большинство этих историков по своему происхождению, положению (профессора и преподаватели университетов южных штатов) и общественной ориентации были связаны с Югом, где продолжал существовать расизм и дискриминация негров. Одним из наиболее известных представителей этого направления являлся Улрих Б. Филлипс (1877-1934). Центральная тема его работ “Рабство негров в США”, “Жизнь и труд на старом Юге” [15] – экономическая и социальная необходимость рабства. Филлипс одним из первых ввел в научный оборот документы, касающиеся хозяйственной деятельности крупных плантаций (финансовые отчеты, инструкции и т.д.). Но картина рабства нарисованная лишь на основе документов их владельцев вне свидетельств негров-рабов приобрела искаженный характер. Филлипс пытался доказать, что рабство было наиболее гуманным способом соединения труда и капитала, и, поскольку рабы как собственность плантаторов были дороги, последние “бережно и патриархально” обращались с ними. Систему рабства он также рассматривал как “школу”, в которой “варварская раса” подготавливает себя к жизни в цивилизованном обществе.

3. Английская историография второй половины 20 в.

Английская историография 2й половины 20 века

Во вторую половину XIX в. английский капитализм вступил в расцвете своего могущества: промышленная революция и огромные колониальные владения позволили Англии выйти на первое место в мировом промышленном производстве и торговле.
Известный английский историк-медиевист У. Стеббс в 1866 г. с удовлетворением отмечал «широкое распространение вкуса к истории». Прогресс исторической науки выразился прежде всего в расширении ее интересов и совершенствовании методов исследования, в растущей его специализации, в увеличении численности преподавательских и профессорских кадров, а также количества исторических сочинений — книг и статей.
Положительным явлением был рост числа документальных публикаций: в 1856 г. началось систематическое издание государственных бумаг и других архивных материалов, сначала английских, а потом и шотландских. Затем приступили к поискам и публикации архивных документов из богатых частных коллекций.
Большую роль в прогрессе исторической науки сыграл классический труд Ч. Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора» (1859). Его значение выходило далеко за рамки биологии: он опрокидывал прежние представления о неизменности окружающего мира и общества и, способствуя победе идеи развития, подводил под нее прочную базу.
Уильям Стеббс (1825—1901), автор «Конституционной истории Англии» (3 тт., 1874—1878) (изложение доводилось до 1485 г.) и трудов по средневековой истории Германии. Основная научная заслуга Стеббса состоит в публикации документов: его работы в этой области отличаются большой тщательностью, а комментарии к ним — большой эрудицией. Стеббса считают основателем оксфордской школы.

Джон Эмери Актон (1834—1902). Актон получил историческую подготовку в Германии, где слушал лекции и посещал семинары Л. Ранке, его основные научные интересы вращались вокруг новой истории. Литературное наследие Актона довольно скромно: курс лекций по новой истории и несколько статей. Однако, несмотря на это, его влияние на историческую мысль в Англии было весьма значительным как ученого большой эрудиции и широких интересов. Он считал, что историк обязан рассказать всю правду о прошлом, ничего не умалчивая и тем более не искажая: читатель сделает выводы сам.

В середине XIX в. она располагала самой крупной колониальной империей. Обострение борьбы за колонии и начавшееся экономическое отставание Англии побуждали ее принять самое активное участие в захватах новых территорий и усилить эксплуатацию старых владений. Круги, заинтересованные в эксплуатации колоний, распространяли расистские взгляды в форме так называемого социал-дарвинизма — переносили на общество закон естественного отбора, открытый Дарвином. Сторонники этой теории утверждали, что борьба за существование является универсальным законом всего живого, в том числе и человека, что в ожесточенной борьбе за «место под солнцем» выживают сильнейшие, наиболее приспособленные. По их мнению, белая раса, в особенности англосаксонская, в этом смысле стоит выше других, которыми ей и предназначено управлять. Так, социал-дарвинизм сливался с расизмом. Буржуазные историки приняли активное участие в пропаганде колониализма и расизма. Профессор Кембриджского университета Джон Сили (1834—1895) прочел курс лекций по истории английской колониальной политики, привлекший к себе большое внимание (он вышел отдельной книгой под названием «Расширение Англии», 1883).
Другой историк, который в своих работах уделял много внимания истории колониальной политики, — профессор Оксфордского университета Джеймс Фруд (1818—1894). В своем крупнейшем произведении «История Англии от падения Уолсея до разгрома Великой Армады (1530—1588)» (12 тт., 1856—1870) Фруд воспевал мудрость и дальновидность колониальной и внешней политики Генриха VIII и Елизаветы I и восхищался «подвигами» английских морских пиратов и колонизаторов. В книгах «Англичане в Вест-Индии» (1888) и «Англичане в Ирландии в XVIII в.» (3 тт., 1872—1874) он оправдывал жестокости английских колонизаторов.

Читайте также:
Крупные города Китая по количеству населения: полный список миллионников

В буржуазной исторической науке второй половины XIX в. было сильно влияние позитивизма, главным образом идей видного английского буржуазного философа Герберта Спенсера (1820—1903). Вера в прогресс, попытки создать цельную картину мира, а также убеждение в могуществе человеческого знания. Однако идея развития имела у Спенсера примитивный характер: основным законом он считал постепенную эволюцию, а естественным состоянием и в природе и в обществе — равновесие. Такое понимание развития прямо направлено против революции, имеет целью увековечить капиталистический строй.

Крупнейшим историком-позитивистом был Генри Бокль (1821 —1862), автор сочинения «История цивилизации в Англии» (2 тт., 1857—1861). Бокль исходил из уверенности в существовании законов, управляющих обществом. К ним он относил прогресс и преобладающее влияние географического фактора, в частности климата, почвы и пищи.
Так, историк Сэмюэль Гардинер (1821 —1902) посвятил свою долгую жизнь изучению проблемы Английской революции середины XVII в.
Основная заслуга Гардинера заключается в привлечении огромного нового материала и в чрезвычайно добросовестной его обработке и критической проверке. Автор использовал многочисленные источники по истории революции из архивохранилищ самых различных стран Европы, наряду с английскими — Испании, Франции, Италии, Голландии и Швеции.

Особое место среди историков-экономистов этого периода занимал Арнольд Тойнби (1852—1883), преподаватель политической экономии в Оксфорде. Его небольшая книга «Промышленный переворот в Англии в XVIII в.» (1883) представляла собой одно из лучших произведений буржуазной литературы по этому вопросу и до сих пор сохраняет известное значение. В промышленной революции он видел не только экономические, но и социальные сдвиги, определенный скачок в развитии общества.

В эти годы в Англии делаются первые попытки осветить историю рабочего движения, причем некоторые из авторов подобных трудов сами были его активными участниками. Их свидетельства, нередко подкрепленные документами, представляют большой интерес для исследователя в качестве источника.

В 1877 г. вышла в свет книга Джорджа Хауэлла (1813— 1910) «Столкновение капитала и труда». Каменщик, он был активным деятелем профессионального движения, в молодости принимал участие в чартистском движении. К 70-м годам он превратился в типичного реформиста. Особый интерес для историков английского рабочего движения представляет книга Р. Гаммеджа «История чартистского движения» (1857). Книга Гаммеджа не дает связной истории чартизма и не содержит обобщенного анализа; это скорее хроника событий и фактов. Однако рассказ очевидца и участника, находившегося в гуще событий, дает яркую картину их развития, характеристики людей и фактов. Она является ценным источником по истории движения.

ЭКЗАМЕНАЦИОННЫЙ БИЛЕТ № 17

1. Крупнейшие английские историки – просветители

Большую роль в общественной мысли Англии XVIII в., как и всей Европы, играли идеи Просвещения, направленные против феодализма и могущества церкви. Правда, английское Просвещение отличалось от других, например, от французского. В Англии оно носило более умеренный характер. Это понятно: буржуазная революция была в прошлом, феодализм в Англии был в основном сломлен и условия для развития капитализма более благоприятны, чем во Франции.

Сильным оружием против в руках просветителей была наука, исходящая из представления о господстве в природе естественных законов. Философы и историки эпохи Просвещения утверждали, что для объяснения окружающего мира и истории нет никакой необходимости в постоянном вмешательстве высших сил: так, бог, создав мир, предоставил дальнейшее естественному ходу вещей. Они выступали за свободу научного исследования, отстаивали веру в силу человеческого разума.

В работах историков XVIII в., в том числе историков-просветителей, большое место занимали вопросы этики. Историки искали в прошлом моральные поучения и назидательные примеры. Английский мыслитель Болингброк в сочинении «Письма об изучении и пользе истории» определял историю как «философию», которая учит нас с помощью примеров»

Историография американской иммиграции второй половины XX века, все концепции

Во время Второй мировой войны США понесли незначительные потери по сравнению с другими западными странами. Из войны Соединенные Штаты вышли могущественными экономически и политически. На них приходилось более половины промышленного производства капиталистического мира. США обладали монополией на атомное оружие. Американские военные базы были разбросаны по всему миру.

Социально-экономическое и политическое развитие.

После смерти Ф. Рузвельта в 1945 г. президентом США стал Гарри Трумэн. Он заявил, что США берут на себя «мировую ответственность». С политикой нейтралитета и изоляции 1930-х гг. было покончено. Для достижения лидерства на международной арене США предоставили Западной Европе экономическую помощь по плану госсекретаря США Дж. Маршалла.

В 1946 г. произошел спад в американской экономике в связи с ее переходом на «мирные рельсы». В это же время огромного размаха достигло забастовочное движение. Власти были вынуждены пойти на ряд важных реформ. Была повышена минимальная заработная плата, началось строительство дешевого жилья, стала решаться проблема трудоустройства миллионов солдат и офицеров, демобилизованных из армии. Свыше двух тысяч государственных заводов и предприятий, построенных в годы войны, были проданы за полцены частным корпорациям. Одновременно был принят антирабочий закон Тафта — Хартли, который, в частности, запрещал забастовки, имеющие политическую направленность.

В начале 1950-х гг. в США начался быстрый экономический рост. Причиной тому стала реализация государственной модели регулирования экономики, основанной на увеличении зарплат и социальных расходов. Это привело к увеличению потребительского спроса, а следовательно, и производства. Власти взяли курс на создание «государства всеобщего благосостояния». Росту покупательского спроса способствовал также рост рождаемости. Особенностью такой политики стало то, что американцы привыкали жить в кредит при условии постоянной занятости.

В стране возник так называемый массовый средний класс. К концу 1950-х гг. большинство американских семей пользовались холодильниками, стиральными машинами, телевизорами. Свое жилье имели 60 % населения. Происходила тотальная «автомобилизация». Было начато строительство связавшей всю Америку сети автострад, проводилась реконструкция водных путей. Внедрение «культуры процветания» положило конец когда-то традиционной Америке. Пуританские ценности — экономия, самоконтроль, умеренность — были вычеркнуты из жизни. Их заменили стремление к материальному успеху и поклонение изобилию.

Одновременно в американском обществе увеличивалась популярность правых и консервативных сил, а также нарастали антисоветские и антикоммунистические настроения. «Питательной средой» для такого общественного мнения явились победа коммунистов в Китае, создание ядерного оружия в СССР, появление коммунистических правительств в странах Восточной Европы, война в Корее. Г. Трумэн положил начало «охоте на ведьм» — чистке государственного аппарата от тех, кого подозревали в симпатиях к коммунизму и Советскому Союзу. Правоконсервативный поворот в наибольшей степени проявился в 1950-е гг. в маккартизме. Это было движение, названное по фамилии сенатора Дж. Маккарти. Оно сопровождалось обострением антикоммунистических настроений и политическими репрессиями против «антиамерикански настроенных» граждан. Деятельность маккартистов дестабилизировала, расшатывала внутриполитическую обстановку, наносила ущерб международному имиджу США. Постепенно властям удалось погасить их активность.

В середине 1960-х гг. в США началась реализация масштабной программы социальных преобразований «великое общество». Целью программы была ликвидация прежде всего того, что тормозило развитие экономики, — бедности. Но добиться ее ликвидации № 26 властям не удалось. Начатая президентом Линдоном Джонсоном война во Вьетнаме вынудила сократить социальные расходы и привела к росту инфляции в стране.

Читайте также:
Визовый центр Франции в Новосибирске время работы, адреса и телефоны

Расовая проблема.

После войны около 10 % населения США составляли афроамериканцы. На них не распространялись блага общества массового потребления. Многие жили за чертой бедности. В отношении афроамериканцев проводилась политика расовой сегрегации, т. е. их принудительной изоляции от остального общества.

Массовое движение против расовой сегрегации возглавил протестантский священник Мартин Лютер Кинг. Он активно выступал за равенство в правах афроамериканцев, используя при этом ненасильственные методы борьбы. Однако это не остановило роста радикальных настроений, и с середины 1960-х гг. начались массовые бунты афроамериканцев. В 1968 г. был убит М. Л. Кинг. Властям с большим трудом удалось стабилизировать положение в стране. В итоге были приняты законы, ужесточившие наказания за сегрегацию.

«Неоконсервативная революция».

В 1968 г. победу на президентских выборах под лозунгом «закон и порядок» одержал республиканец Ричард Никсон. Во время его правления были резко сокращены расходы на борьбу с бедностью и строительство дешевого жилья. А в 1974—1975 гг. в связи с ростом цен на нефть произошел мировой энергетический кризис. В США начались падение производства, инфляция и рост безработицы.

Задача вывода американской экономики из кризиса была решена президентом Рональдом Рейганом, пришедшим к власти от республиканской партии в 1980 г. Он выступил за решительное свертывание главенствующей роли государства в экономической и социальных сферах. Государство отказалось от контроля над ценами, сняло ограничения для предпринимательской деятельности, сократило государственные расходы и социальные программы. Новый социально-экономический курс получил название «рейганомики». Она привела к росту безработицы и бедности, усилению социального неравенства. Богатые стали богаче, бедные — беднее. Несмотря на это, правительство не столкнулось с серьезным протестным движением. В начале 1980-х гг. самая трудная фаза кризиса оказалась позади и положение стало постепенно улучшаться, повысился уровень жизни основной массы американцев. Правда, спустя десять лет все экономические показатели в США вновь ухудшились.

Преодоление экономического кризиса и решение социальных проблем.

В 1992 г. к власти пришел кандидат от демократической партии Билл Клинтон, выступивший с резкой критикой «рейганомики». Он предложил вернуться к активной социальной политике. Это означало, что период «неоконсервативной революции» в США закончился. Основное внимание правительство обращало на развитие социального обеспечения, здравоохранения, образования и т. д.

Такая политика обеспечила победу Клинтона и на следующих выборах. Кроме того, на протяжении 1990-х гг. в США наблюдался непрерывный экономический подъем.

Большую выгоду американские корпорации извлекли из распада СССР и всего социалистического лагеря.

Впервые за тридцать лет было отмечено превышение доходов в бюджет над расходами. В конце 1990-х гг. две трети бюджета США составляли отчисления на развитие социальной сферы. Сократилась безработица, уменьшилась доля американцев, проживавших за чертой бедности.

Однако разрыв между богатой элитой и основной массой населения все же продолжал расти.

Внешняя политика США.

После Второй мировой войны США не могли смириться с ростом влияния СССР на международной арене. Их беспокойство вызывала реальная возможность прихода к власти левых сил в отдельных странах Западной Европы, Азии и Африки. США и Советский Союз оказались в состоянии «холодной войны».

В 1947 г. Соединенные Штаты выступили с так называемой доктриной Трумэна. В ней было сформулировано их стремление сдержать распространение советского влияния в мире. Американцы даже готовились применить ядерное оружие против СССР и стран социалистического блока. Но в связи с созданием советскими учеными ракетно-ядерного оружия США вернулись к политике «сдерживания».

В 1962 г. разразился Карибский кризис, вызванный размещением советских ракет на территории Кубы. С большим трудом лидерам США и СССР удалось снять обострение отношений. Но это не остановило гонки вооружений и строительства военных баз по всему миру.

США стали расширять контакты в экономике и культуре со странами Восточной Европы, т. е. проводить политику «наведения мостов». Целью этой политики был раскол социалистического лагеря.

В 1973 г. США потерпели тяжелое поражение в войне против Вьетнама. В середине 1970-х гг. они фактически проигрывали и в «холодной войне». Поэтому Соединенные Штаты предложили Советскому Союзу перейти от противостояния к политике разрядки и ограничения гонки вооружений. В 1970-х гг. были подписаны договоры об ограничении противоракетной обороны и об ограничении стратегических вооружений. Однако разрядка оказалась недолгой. Воспользовавшись вводом советских войск в Афганистан в 1979 г., США перешли к жесткой конфронтации. Американское руководство взяло курс на достижение безусловного военного превосходства и ведения политики с позиции силы. После распада СССР в 1991 г. стало понятно, что в «холодной войне» победу одержали США.

В дальнейшем для Соединенных Штатов оказалось крайне нежелательным появление Российской Федерации в виде мощного противника на международной арене. Они поддерживали стремление стран Центральной и Восточной Европы вступить в НАТО, т. е. присоединиться к американской сфере влияния. США проводили политику экономической и культурной экспансии в странах СНГ.

В 1999 г. американская авиация совместно с союзниками по НАТО в обход ООН участвовала в бомбардировке Югославии, массированным ударам подверглись в 1998 и 2003 гг. Ирак, в 2011 г. — Ливия, в 2013 г. — Сирия.

В 2015 г. было заключено соглашение о сокращении иранской ядерной программы и смягчении экономических санкций в отношении Ирана, так называемая ядерная сделка. Однако в 2018 г. новый президент Соединенных Штатов Дональд Трамп объявил о выходе США из этого соглашения и ввел дополнительные санкции в отношении Ирана. Стали накаляться отношения с еще одной страной, разрабатывающей ядерное оружие, — КНДР. Все это свидетельствует о том, что Соединенные Штаты по-прежнему стремятся сохранить свою гегемонию в мире.

Конспект урока по всемирной истории «США во второй половине XX века». Выберите дальнейшее действие:

Учебное пособие Кемерово 2006 ббк

Главная > Документ

Информация о документе
Дата добавления:
Размер:
Доступные форматы для скачивания:

Тема 12. Историография США. Подъем и упадок прогрессизма

Развитие «прогрессистского» направления

в американской исторической науке

После завершения Первой мировой войны США фактически становятся крупнейшей державой западного мира. В политическом и особенно экономическом отношении США выиграли от войны, но американская элита в первые годы после её окончания не представляла, как использовать с выгодой для себя плоды своей победы. В американской внешней политике началась новая волна изоляционизма. К тому же вскоре внутренние проблемы развития страны отодвинули на второй план проблемы внешней политики. 20 – 30-е годы в истории США XX столетия характеризовались обострением социальной и политической борьбы. Эра просперити, Великая депрессия, новый курс Ф.Д. Рузвельта в корне изменили облик американского общества.

Историческая наука США остро реагировала на эти изменения основных параметров развития американской цивилизации. В 20-е – 30-е годы значительно возросли социальная функция и престиж исторической науки в глазах общественного мнения США. Как и другие национальные историографии Запада в межвоенный период историческая наука США переживала кризис позитивистской методологии истории. Большое распространение получил релятивизм. Согласно теории релятивизма историческое знание относительно и объективно невозможно. В американскую историческую науку стали проникать идеи немецкого неокантианства.

Читайте также:
Отдых в Золингене в 2022, Германия - цены и достопримечательности.

Тем не менее, позитивистская методология продолжала оставаться доминирующей в трудах американских историков. Это было связано с тем, что американская историческая наука несколько позднее европейской приняла идеи позитивизма. Свою роль также сыграла специфика позитивистской методологии истории в историографии США. С формированием на рубеже XIX – XX веков прогрессистского направления с его акцентом на социальную и экономическую историю, научно-познавательные возможности позитивистской историографии США значительно расширились. Прогрессистское направление становится ведущим в американской историографии межвоенного периода. Среди крупнейших его представителей следует назвать имена Ф. Д. Тёрнера, Ч.О. Бирда (1874 – 1948) А. М. Шлезингера-старшего (1888 – 1965), Дж. Т. Адамса (1878 – 1949) и ряда других историков.

После Первой мировой войны прогрессистское направление становится господствующим в американской историографии. Историки-прогрессисты попытались в своих трудах выявить внутреннюю логику, общие закономерности исторического развития США. Они выделили три крупных периода американской истории: 1) ранний – от образования колоний в Северной Америке до конца XVIII столетия; 2) средний – до 1860-х годов; 3) поздний – от Гражданской войны до современных им событий. В основе каждого периода находились социальные конфликты между народом и правящей элитой. Кульминацией первого этапа исторического развития США была Война за независимость 1775 – 1783 гг., которую историки-прогрессисты характеризовали как социально-политическую революцию, второго – Гражданская война 1861 – 1865, охарактеризованная как вторая американская революция, в качестве финала третьего этапа признавалась победа антимонополистических и демократических сил.

Историки-прогрессисты первыми в историографии США дали всесторонний анализ революционной, леворадикальной и демократической тенденций в американской истории, обратили внимание на историю борьбы фермеров и антитрестовских движений, исследовали методы социального господства элиты на различных этапах истории США. Ведущую роль в социальной борьбе историки прогрессистского направления отводили среднему классу и его либерально-демократической идеологии. Они верили в бесконечную возможность развития демократии в США и восприняли новый курс Ф.Д. Рузвельта как антимонополистическую революцию.

Историки-прогрессисты пришли к выводу о том, что американская история в своих основных этапах схожа с европейской. И в Европе, и в США общество развивалась путем социальных конфликтов. Тем не менее, теория «американской исключительности» все же наложила свой отпечаток на их работы.. В частности, они выделяли следующие специфические черты американской истории: отсутствие феодальной аристократии, наличие свободных земель, устойчивость мелкобуржуазных слоев населения. Эти условия создавали более благоприятную почву для развития капитализма и индустриализма, а также демократических институтов американского общества.

Лидером прогрессистского направления был Ч.О. Бирд. После войны он пишет большое количество статей и рецензий, но новая большая работа Бирда выходит только в 1927 году – двухтомный труд «Подъём американской цивилизации, написанный совместно с женой Мэри Бирд. В этой книге концепция американской истории Бирда приняла законченный вид.

По мнению Бирда, развитие США происходило посредством политических и социальных конфликтов, корни которых находились в экономике. Главными проводниками общественной борьбы являлись либеральные мыслители и политические реформаторы. На соотношение сил в политической борьбе оказывало влияние изменение базиса американской экономики, то есть её эволюция. В колониальный период, указывал Бирд, феодальные и капиталистические элементы существовали в американской экономике параллельно. В период войны за независимость, Бирд отмечает наличие внутреннего конфликта в лагере сторонников независимости США, борьбу между бедными и богатыми. Главное содержание американской истории первой половины XIX века заключалось, по мнению Бирда, в борьбе народа против новой аристократии. Касаясь гражданской войны 1861 – 1865 годов, Бирд впервые в исторической науке назвал её второй американской революцией. Рассматривая развитие США в период империализма, Бирд в очередной раз критиковал всесилие американских монополий. Развитие США после Первой мировой войны вызывало у Бирда определённый оптимизм, так как, по его мнению, социальные конфликты в американском обществе были смягчены либеральными реформами начала XX века, проведенными Т. Рузвельтом и В. Вильсоном.

Работа «Подъём американской цивилизации» стала последним значительным трудом Бирда, написанным с позиции экономического детерминизма. Под влиянием усиления роли государства в экономике в 20 – 30-х годах (плановая экономика в СССР, экономическая система фашизма, новый курс Ф.Д. Рузвельта) Бирд отходит от экономического детерминизма и приходит к выводу о том, что в западном обществе после Первой мировой войны не экономика определяет политику, а наоборот политика стала определять экономику.

Отход Бирда от экономического детерминизма и рассмотрения истории с точки зрения экономических и социальных факторов означал его фактический отход и от прогрессистской школы. В 30-е годы он как учёный-историк переходит на методологические позиции неокантианства и выступает с критикой принципов классического позитивизма. Работы Бирда, написанные с новых методологических позиций, не имели такого признания как его работы «прогрессистского» периода. Несмотря на это, Бирд до конца своей жизни сохранял авторитет выдающегося американского историка как среди коллег-профессионалов, так и среди широкой общественности.

В 30 – 40-е годы вслед за Бирдом от прогрессистского направления начинают постепенно отходить и другие его видные представители. Это было обусловлено пересмотром их теоретико-методологических позиции и подходов к американской истории. В частности, отказом от теории социального конфликта как движущей силы истории США. Вместо социального конфликта основой исторического развития США провозглашалась деятельность президентов-реформаторов от Т. Джефферсона до Ф.Д. Рузвельта. Упадок прогрессистского направления был также обусловлен и внутриполитическими причинами. Вступление США во Вторую мировую войны сплотило американскую нацию и привело к усилению консервативных умонастроений в стране. Социальные конфликты в истории и обществе стали восприниматься весьма негативно.

В.Л. Паррингтон и радикальное направление в историографии США

Другим видным американским историком межвоенного периода был Вернон Луис Паррингтон (1871 – 1929). В советской исторической науке Паррингтона долгое время причисляли к представителям прогрессистской школы. Между тем, исторические и политические взгляды В.Л. Паррингтона были гораздо радикальнее, чем взгляды историков-прогрессистов, которые являлись либералами-реформаторами и выступали за социальное сотрудничество классов. Паррингтон и ряд других историков занимали более радикальные антимонополистические позиции, поэтому следует выделить в историографии США того периода леволиберальное направление (это также признаёт современная отечественная американистика).

Паррингтон не был профессиональным историком. Он был известным американским литературоведом. Однако его крупнейшая работа «Основные течения американской мысли» (3 тома, 1927 – 1930 гг.) является одной из первых попыток в гуманитарной науке США создать синтетическую картину эволюции американской общественной мысли и американского духа в их различных проявлениях от политических доктрин до развития литературы. Паррингтон использовал обширный исторический материал и делал соответствующие выводы. Поэтому «Основные течения американской мысли» также оказали серьезное влияние на американскую историографию. Какова же была историческая концепция В.Л. Паррингтона?

Читайте также:
Автобус 657 Как С Добром Добраться!

Основная детерминанта американской истории, согласно Паррингтону, заключалась в борьбе сторонников права собственности с приверженцами идеи прав человека. Обе эти тенденции проявились уже на этапе формирования американского государства. Традиция защиты прав человека воплотилась, по мнению Паррингтона, в американском либерализме, у истоков которого стоял Т. Джефферсон. Традиция защиты права собственности в умеренно-консервативном направлении американской общественной мысли. Паррингтон противопоставлял «Декларацию независимости», написанную Т. Джефферсоном, и конституцию США, созданную сторонниками умеренно-консервативного курса. Рассуждая о борьбе двух тенденций в американской общественно-политической мысли, Паррингтон не принимал в расчёт того обстоятельства, что в буржуазном обществе право собственности является главным правом человека. Он явно перепутал буржуазно-либеральную традицию в истории США, ведущую своё начало от Т. Джефферсона и ряда других деятелей эпохи образования США, и мелкобуржуазную аграрную традицию, носившую определённый антисобственнический характер, представленную в период создания США восстанием Даниэла Шейса, а в XIX веке различными так называемыми «третьими партиями» большей частью популистского толка. В таком подходе к американской истории и заключается мелкобуржуазный радикализм взглядов Паррингтона. Он приписывал «третьим партиям» антибуржуазные идеалы, считая их сторонников поборниками чистой демократии, которые боролись ради того, чтобы поднять человека над собственностью.

Из исторической концепции Паррингтона, его взглядов на роль мелкобуржуазной традиции в истории США вытекает его периодизация социальной борьбы в американской истории, стержнем которой были социальные движения мелкобуржуазных, и в первую очередь аграрных слоёв населения. Борьба демократической и консервативной традиции в США представлялась Паррингтону как борьба аграрной Америки (фермерства) и капиталистической Америки (городских буржуазных слоёв), но Паррингтон упускал из вида тот факт, что до гражданской войны 1861 – 1865 годов главными выразителями идеалов аграрной Америки были плантаторы-рабовладельцы. Однако, в итоге, мелкобуржуазная интуиция не изменила Паррингтону-исследователю. Он одинаково осуждал как буржуазию Севера, так и рабовладельцев Юга. Как полагал Паррингтон, после гражданской войны в США окончательно утверждается буржуазное общество, а «золотой век» американской аграрной демократии в духе Т. Джефферсона и Э. Джексона навсегда уходит в прошлое.

Раздел IV . Историческая мысль и историческая наука во второй половине XX столетия

Тема 13. Историография ФРГ. От немецкого историзма к структурной истории

Послевоенная дискуссия о причинах «немецкой катастрофы» 1945 года. Ф. Мейнеке, Г. Риттер

«Немецкая катастрофа» 1945 года вновь, как и после Первой мировой войны, повергла немецких историков в состояние идейного и политического шока. Однако на этот раз ситуация была гораздо хуже, чем в 1918 году. Под вопрос было поставлено само существование Германии как государства. Стало очевидно, что концепция германской истории, которая доминировала в немецкой исторической науке в XIX – первой половины XX веков безнадёжно устарела и в научном плане полностью обанкротилась. Коренного пересмотра также требовали традиционные теоретико-методологические и мировоззренческие основы немецкого историзма.

Первым из видных немецких историков, кто предпринял попытку проанализировать исторический момент и оценить нацизм, стал Ф. Мейнеке. Зимой 1945/46 годов 84-летний патриарх немецкой историографии написал книгу «Немецкая катастрофа», которая в 1946 году вышла в Швейцарии. Впоследствии заглавие книги стало хрестоматийным определением в историографии и публицистике послевоенного состояния Германии.

В своей новой и последней значительной работе Мейнеке задался целью выявить исторические и идеологические причины «немецкой катастрофы». Для того, чтобы понять происхождение гитлеризма он обратился к истории Германии XIX столетия. Мейнеке считал, что прусско-германский милитаризм несёт главную ответственность за создание Третьего рейха. Он также подверг критике немецкую буржуазию за её приверженность идеалам национализма и шовинизма, за её отвержение идей демократии и либерализма. Мейнеке осудил реакционно-консервативные силы Германии за их отрицательную роль в немецкой истории.

С другой стороны, Мейнеке попытался отыскать истоки нацизма в европейской истории. К феноменам европейской истории, которые способствовали, по его мнению, возникновению нацизма, он причислял империализм и социализм. Гитлеризм был синтезом социализма и империализма, осуществлённый преступниками. Самого Гитлера Мейнеке назвал злым духом немецкой истории. Будущее Германии Мейнеке видел в решительном разрыве с прусско-милитаристскими традициями. Новое немецкое государство необходимо создать на принципах социальной справедливости, на классовом компромиссе между буржуазией и рабочим классом. Во внешней политике Ф. Мейнеке выступал как сторонник тесного союза с западными державами.

По словам известного отечественного специалиста по истории Германии А.И. Борозняка, Ф. Мейнеке в своей книге сформулировал основной вопрос общественного сознания будущей ФРГ «был ли нацистский режим органическим продолжением германского прошлого или же случайным выбросом в истории страны». Однако в условиях консервативного господства в западногерманской исторической науке во второй половине 40-х – 50-х годах проблема континуитета и дисконтинуита в германской истории первоначально была решена в консервативном ключе. Инициатором «расчёта с прошлым» с консервативных позиций выступил Риттер.

В 1948 году он выпустил работу «Европа и германский вопрос», имевшую подзаголовок «Соображения относительно исторического своеобразия немецкого государственного мышления». Центральной проблемой книги стал вопрос, сформулированный Риттером: «Должны ли мы рассматривать гитлеризм как закономерный этап развития прусско-германского государственного мышления?»

В отличие от Мейнеке, Г. Риттер делал акцент на выявление общеевропейских корней фашизма. Он полагал, что фашизм был «несчастным случаем» в истории Германии, разрывом с прусско-германскими традициями, который произошел вследствие воздействия на немецкое общество и государство чуждых идей западной демократии. Фашизм являлся результатом демократического «восстания масс» 20 – 30-х годов как в Европе в целом, так и в Германии. Победу национал-социализма Риттер также связывал с демонизмом личности Гитлера, с иррациональным характером нацизма. Тем не менее, немецкие консерваторы после окончания Второй мировой войны прекрасно понимали, что восстановление прусско-германской государственной традиции целиком не возможно. Поэтому Риттер, как и Мейнеке, выступал за либерализацию внутренней политики в будущем германском государстве и сближение с Западом во внешней. Ещё до образования ФРГ он был тесно связан с верхушкой Христианско-демократического союза и поддерживал политику К. Аденауэра.

Тема изучения истории фашизма была продолжена Риттером в работе «Карл Гёрделер и немецкое движение Сопротивления», вышедшей в двух томах в 1954 году. В новой книге он опять повторил свои, высказанные ранее, взгляды относительно места национал-социализма в германской и европейской истории. Нацизм, по его мнению, возник в результате разрыва с прусскими традициями и кризиса либерализма в Европе. Подлинными героями сопротивления нацистской диктатуре являлись представители консервативного крыла немецкого движения Сопротивления, с которыми Г. Риттер в годы войны был лично связан. Они были единственными носителями прусской государственной традиции в тоталитарной и нацистской Германии.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: